Поднявшись в свой номер, Дронго переоделся. Затем снова спустился вниз. Посмотрел на часы. Примерно через тридцать минут он встречается со своим знакомым на бульваре Монпарнас. Нужно взять такси и проехать туда, чтобы успеть к назначенному сроку. Выйдя из отеля, он попросил швейцара остановить ему такси. Прямо у входа стоял представительский «Фольксваген»-фаэтон, к которому вышел высокий мужчина. Это был один из тех, кто сопровождал приехавшую звезду. Он оглянулся по сторонам и открыл заднюю дверцу машины. Очевидно, это был телохранитель графини. Еще через несколько секунд появилась сама звезда в сопровождении Аракеляна. Выходя из отеля, она открыла свой серебристый клатч, и оттуда что-то выпало прямо под ноги Дронго – нечто металлическое характерно звякнуло. Он быстро наклонился, чтобы поднять упавший небольшой ключ. Протянул его женщине.
– Возьмите, – сказал он по-английски.
У нее были красивые глаза. Она оценила его высокий рост, широкие плечи, модный костюм, немного насмешливый взгляд и ловкость, с которой он поднял ее ключ.
– Спасибо, – кивнула она, чуть улыбнувшись и проходя к своему автомобилю. Аракелян уселся с другой стороны. Телохранитель, заметивший эту сцену, захлопнул за ней дверцу представительского «Пежо» чуть сильнее, чем следовало. Взглянул бешено на Дронго. Очевидно, это был тот самый Алан, о котором Дронго уже слышал. Они были одного роста, но телохранитель был гораздо моложе и более подтянут. Алан уселся впереди, рядом с водителем, и машина тронулась.
«Несчастная женщина, – огорченно подумал Дронго, – этот телохранитель, кажется, действительно ее ревнует».
Он сел в подъехавшее такси и поехал на бульвар Монпарнас, где у него должна была состояться важная встреча. Встреча затянулась, и он вернулся в отель через полтора часа. За это время ему дважды звонила журналистка из местной англоязычной газеты, которая хотела с ним переговорить. Он согласился встретиться в холле отеля, назначив ей встречу в «Лотти». Когда он приехал в гостиницу, ее еще не было, очевидно, она опаздывала. Дронго уселся в холле на диване, когда появилась Ирина Малаева в сопровождении своих мужчин. Впереди шел Алан. За ним сама графиня. Сопровождал эту процессию Аракелян. В этот момент в холле появилась журналистка, которая, бесцеремонно растолкав окружающих, спросила у портье:
– Меня должен ждать господин Дронго. Вы не знаете, в каком он номере?
Услышав эти слова, Малаева остановилась и оглянулась.
– Дронго? – заинтересованно спросила она у своего телохранителя, – это не тот эксперт, о котором ты мне рассказывал, Алан?
Телохранитель также остановился и оглянулся по сторонам.
– Похоже, что его здесь нет, – угрюмо произнес он.
– Мсье ждет вас в холле отеля, – показал портье гостье.
Журналистка повернулась к Дронго. Графиня и сопровождавшие ее мужчины взглянули на незнакомца, поднявшегося с дивана. Ирина узнала мужчину, с которым столкнулась в дверях сегодня и который оказался галантным кавалером, вернувшим ей выпавший ключ.
– Добрый вечер, господин эксперт, – громко поздоровалась журналистка.
– Здравствуйте, – кивнул он.
– Вы тот самый Дронго, о котором все говорят? – спросила с явным вызовом Ирина.
– Не знаю, о ком говорят, но меня обычно так называют, – кивнул он.
– И вы говорите по-русски? – уточнила графиня.
– Да, – улыбнулся он.
Она усмехнулась.
– Вот тебе твой герой, Алан, – громко сказала Ирина, обращаясь к своему телохранителю и показывая на Дронго.
Тот мрачно кивнул головой.
– Кажется, мы незнакомы, – сказал Дронго.
– Зато Алан много про вас знает, – ответила за него графиня, – видимо, вы достаточно известны.
Усмехнувшись, она прошла дальше к лифту, рядом с которым еще раз оглянулась. Мужчины, сопровождавшие ее, переглянулись. Дронго остался рядом с журналисткой.
– Кто это такая? – спросила журналистка. Она была небольшого роста, в очках, одетая в смешную, словно детскую, светлую куртку и вельветовые синие брюки. Она была похожа скорее на подростка, чем на взрослую женщину, хотя ей было далеко за тридцать.
– Это графиня Шарлеруа, топ-модель Ирина Малаева, – пояснил Дронго.
– Понятно, – кивнула журналистка, – я сразу подумала, что знакомое лицо. Нужно позвонить в редакцию моим коллегам. У меня другая специализация. Я пишу на криминальные темы, а нашим сотрудникам будет очень интересно взять интервью у самой Малаевой.
– Узкая специализация, – улыбнулся Дронго, – все понятно. Задавайте ваши вопросы.
– А вы говорите по-французски? – уточнила журналистка.
– К сожалению, нет, – признался он, – понимаю только несколько слов. Поэтому нам придется говорить по-английски.
– У нас англоязычное издание, – согласилась журналистка, – поэтому я и приехала к вам.
Интервью затянулось минут на сорок. Он старался отвечать на ее вопросы максимально коротко, но она продолжала уточнять разные детали, стараясь сделать интервью как можно более объемным. Она задала бы еще несколько вопросов, но тут Дронго увидел, как из кабины лифта выходит Ирина. Она успела переодеться и была в узких, обтягивающих джинсах, красиво сидевших на ее бедрах, и в темной блузке. Рыжие волосы были собраны в длинный хвост, спадающий на спину. Она взглянула на Дронго и прошла к барной стойке, попросив бармена сделать ей «Оскар». После последней церемонии вручения этих престижных кинематографических наград все знали, что наиболее популярный коктейль, который предлагал своим гостям известный австрийский шеф-повар Вольфганг Пак, отвечающий за церемонию банкета, состоял из шампанского, апельсинового ликера и смородинового сока, смешанных в одинаковых пропорциях. На этот случай в лучших ресторанах отеля специально держали смородиновые соки, остальные же ингредиенты всегда имелись в наличии.
Она демонстративно взглянула на эксперта и уселась спиной к Дронго на высоком стуле. И еще раз, обернувшись, взглянула на него. Он, улыбнувшись, кивнул ей. Бармен поставил коктейль на стойку, и Ирина протянула руку. Блузка пошла немного вверх, обнажая полоску загорелого тела. Собеседница Дронго тоже обратила внимание на эту полоску тела и неодобрительно покачала головой. С ее точки зрения, такой красивой женщине сидеть в таком виде было просто недопустимо.
– Давайте закончим, – предложил Дронго назойливой журналистке, – по-моему, я ответил на все ваши вопросы.
– Кажется, вы хотите быстрее от меня отделаться, – усмехнулась журналистка, – я вас вполне понимаю. Вам гораздо интереснее разговаривать с другими, – она показала в сторону Ирины.
Он промолчал. Они сидели достаточно близко к барной стойке, и Ирина могла услышать ее слова.
– Заканчиваем, – снова предложил Дронго.
– Еще три вопроса, – попросила настойчивая особа, и он согласно кивнул.
– Говорят, что много лет назад вас спасла женщина, – вспомнила журналистка, – спасла ценой своей жизни. Это правда или легенда?
Он нахмурился. Столько лет прошло, а эти воспоминания до сих пор больно ранили его. Нужно было соврать, но соврать именно в этом случае он не может.
– Да, – подтвердил чуть напряженным голосом Дронго, – это было.
Он заметил, как Ирина чуть повернула голову. Очевидно, она услышала и вопрос, и его ответ.
– Вы можете об этом рассказать более подробно? – поинтересовалась журналистка.
– Не могу. Это не только мой секрет.
– Тогда следующий вопрос.
– Два вопроса вы уже задали, – напомнил Дронго.
– Второй был уточняющим первый. И на него вы не ответили, – возразила настойчивая особа.
– Хорошо. Тогда давайте два последних.
– Очень многие специалисты считают вас не просто лучшим экспертом, но и самым опытным аналитиком, который умудряется раскрывать самые запутанные дела. У вас есть какой-нибудь особый секрет?
– Никакого особого секрета нет. Просто нужно научиться слышать людей, чувствовать их состояние, понимать истинные мотивы их поступков. Вот и весь секрет.
– Угу. – Она отметила что-то в своем блокноте, хотя работал ее диктофон. Затем взглянула на спину сидевшей графини и неожиданно спросила, чуть повысив голос: – У меня несколько необычный вопрос. Ведь вы известный человек, и, судя по вашим расследованиям, вам часто приходилось иметь дело с очень известными и красивыми женщинами. Есть мнение, что красота и ум необязательно находятся в гармонии. Во всяком случае, многочисленные анекдоты про блондинок вам наверняка известны. Как вы считаете, возможна подобная гармония? Или красота женщины компенсирует отсутствие мозгов?
«Вот сволочь, – добродушно подумал Дронго», – нарочно задала такой вопрос».
– Не всегда, – ответил он, – есть масса примеров и в истории, когда по-настоящему красивая женщина бывает достаточно умным и тонким политиком. Из истории известны Клеопатра и Мария Стюарт. Или Инесса Арманд, в которую был влюблен Ленин. Она была очень красивой женщиной и известным политическим деятелем.
– Арманд? – переспросила журналистка. Она явно никогда не слышала этой фамилии.
Ирина снова повернула голову, и он увидел, как она улыбается. Ей явно понравился его ответ. Хотя она почти наверняка тоже никогда не слышала об Инессе Арманд.
– Она жила во время революции, – пояснил Дронго. – Надеюсь, на этом ваши вопросы закончились?
– Да, на этом закончились, – нервно сказала журналистка, взглянув на спину Ирины. – Никогда не могла понять эту современную моду – носить джинсы на бедрах, – не удержавшись, добавила она. – Большое спасибо за интервью.
Они поднялись, и он пожал ей руку.
– До свидания. – Она собрала свои вещи, надела куртку и быстрым шагом вышла из гостиницы. Он прошел к барной стойке и уселся рядом с графиней. Попросил налить ему минеральной воды без газа. Она взглянула на него и улыбнулась.
– Умеете чувствовать состояние людей? – по-русски спросила Ирина.
– Пытаюсь, – признался он.
– И не все красавицы обязательно дуры? – рассмеялась Ирина.
– Полагаю, что не все. Исключения вполне возможны.
Она была безупречно красива и сознавала свое преимущество. Поправила волосы. И спросила его:
– Насчет женщины тоже правда? Которая вас спасла.
– Да.
– Интересно. Расскажите, как это случилось? – У нее были идеальные зубы, над которыми наверняка работали не один месяц лучшие стоматологи. Дронго покачал головой:
– Не расскажу.
О проекте
О подписке