– Слушай, надо сматываться! Вон та жирная тетка собирается рассказать спасателям, что я хватал ее за пизду.
– А зачем ты это сделал? – спросил Ред.
– Ну, я хотел попробовать, какая она на ощупь.
– Ну и какая?
Мы выскочили из бассейна, сполоснулись под душем. Ред нацепил свою руку, и мы оделись.
– Ты правда это сделал? – опять спросил Ред.
– Ну, когда-то же надо начинать.
Лупил я теперь не только с бешеной силой, но и с расчетом. Я знал, что во мне есть много энергии и, со слов окружающих, ебанутости. Действительно, что-то такое я чувствовал внутри себя. Возможно, это было всего лишь окаменевшее говно, но все же это было больше, чем имели мои недруги.
Впервые со своими сверстниками я познакомился в детском саду. Мне они казались очень странными – много смеялись, разговаривали и выглядели вполне счастливыми.
– А китаезы правда хотят завоевать нашу страну? – задал я второй вопрос.
– Эти желтые черти уже несколько веков ждут удобного момента. Единственное, что их удерживает, – это драка с япошками.
– Ничего хорошего не было в твоей жизни, – не унимался отец. – Врал, занимал деньги, блядовал и пил. Ты не работал ни одного дня в своей жизни и теперь подыхаешь в двадцать четыре года!
– Это было весело, – сказал дядя и вновь крепко затянулся.
Мне вообще никто не нравился в нашей школе. Меня бесили их повадки, разговоры, даже внешний вид отвращал. Я думаю, они знали это и в ответ ненавидели меня. Дома было примерно то же самое – мне не нравились мои родители, я ненавидел их жизнь. По-прежнему я ощущал вокруг стерильно белое и совершенно пустое пространство, а внутри, в животе, легкую тошноту.
Впервые со своими сверстниками я познакомился в детском саду. Мне они казались очень странными – много смеялись, разговаривали и выглядели вполне счастливыми. Они мне не нравились. Я всегда чувствовал себя так, будто меня вот-вот начнет тошнить, рвать, и воздух вокруг казался подозрительно тихим и белым.