На следующее утро Соня оказалась на школьном дворе за час до начала занятий. Она улеглась под раскидистым каштаном и принялась наблюдать, как солнечные лучи купаются в зеленых листьях. Трава приятно щекотала ее ладони, муравьи путались в волосах.
Девушка попыталась вспомнить, на что была похожа жизнь в доме у тетки все эти месяцы, и не смогла этого сделать. Каждый новый день сливался с последующим, как кусочки пластилина, слипшиеся в один серый комок. Не было ничего, кроме боли и отчаяния. Но что изменилось сейчас? Соня не могла это объяснить, но чувствовала, что загадка родителей оживила ее.
От мыслей Соню отвлек монотонно цокающий звук. К школе пружинистой походкой приближался Георг. Его глаза озорно блестели из-под белоснежных бровей. Девушка вздрогнула, когда эти черные глаза как бы случайно зацепились за нее.
– Пришли раньше? – улыбнулся Георг и слегка склонил голову в знак приветствия. – Ну что ж, весьма похвальная тяга к знаниям.
Соня в ответ кивнула. Не говорить же ей, что она готова пройти весь Киев пешком, только бы не оказываться рядом с Мартой в душном такси.
Георг поднялся по лестнице и одним рывком открыл массивную дверь. Соня проверяла ее каких-то тридцать минут назад и могла поклясться, что дверь была заперта.
– Вы, я полагаю, хотите насладиться прохладным утром. Не буду вам мешать, – улыбнулся учитель одними кончиками губ и шагнул внутрь.
И тут Соню словно ударило током. Она вскочила на ноги и понеслась вверх по ступенькам. В последнюю секунду ей удалось просунуть ногу в проем уже почти закрывшейся двери.
– Учитель, простите! – прокричала Соня, влетая в холл. За ее спиной раздался хлопок, а затем щелчок замка.
– Да? – Георг грациозно развернулся на одних каблуках. Полы его длинного фрака описали в воздухе дугу.
В залитом светом холле он еще больше походил на озорную копию графа Дракулы.
– Вы уже знаете, что мои родители не успели рассказать мне об Игре. – Соня помедлила, наблюдая за своей реакцией. Сердце билось чаще, но приступ не начинался. – Из-за гибели, – продолжила она уже более уверенным голосом. – Именно поэтому я абсолютно ничего не знаю об Игре. Не могли бы вы подсказать, где найти ответы?
Георг снова лукаво улыбнулся, и Соне на секунду показалось, что перед ней стоит пятилетний мальчишка, а не пятидесятилетний мужчина.
– Ответы всегда вокруг нас и в нас самих, достаточно хорошенько присмотреться. – На этот раз Георг обнажил ряд мелких белых зубов.
– Что вы имеете в виду? – спросила Соня. В играх с прямыми вопросами и таинственными ответами она была не сильна.
– Здание, в котором мы сейчас находимся, не простая школа. Это место появляется каждый раз как часть Игры, часть величайшего волшебства. В этих стенах учились все ваши предки и в том числе первые игроки.
Георг медленно поднял голову вверх. Взгляд Сони проследовал за ним и остановился на купольной крыше. В первый день в школе у нее не было возможности хорошенько рассмотреть шестнадцать секций с нарисованными в них восемью мужчинами и восьмью женщинами. Все они были одеты в разные одежды и казались выходцами из разных стран.
– И кто из них мой предок? – спросила Соня, жадно всматриваясь в лица людей.
– Смотря какого предка вы имеете в виду, – усмехнулся Георг.
Опять загадки! Было бы гораздо легче найти среди этих портретов своего предка, если бы Соня знала, чьи черты нужно искать. У одной высокой женщины, изображенной в профиль, была копна золотистых длинных волос, совсем как у мамы. Но в то же время она заметила до боли знакомую улыбку ее отца у человека в рыцарском костюме.
– Вы могли бы сказать, кто именно играл в Игру? Мама или папа? – с надеждой спросила девушка.
– Иногда оба ответа являются верными, – подмигнул ей Георг и уставился на конец своей трости, как будто заметил там что-то интересное.
Соня сначала не поняла о чем говорит учитель, но затем ее осенила мысль.
– В Игру играли и папа, и мама? – воскликнула она. – Но ведь это невозможно! Даша говорила, что в семье только один игрок. Потому что…
У Сони внезапно запершило в горле, и она не смогла договорить.
– …потому что невозможно поверить, что люди, соревнующиеся за исполнение своего самого сокровенного желания, могут полюбить друг друга? – закончил за нее фразу Георг. – Ну что ж. В этом мире нет ничего невозможного. Вы очень скоро в этом убедитесь.
– Но тогда почему они оба молчали? Почему не подготовили меня? – выпалила Соня на одном дыхании.
Учитель внимательно взглянул на девушку из-под кустистых бровей. Казалось, в его колючих глазах мелькнуло понимание.
– Мне очень жаль, Соня, – тихо ответил он, – я не в силах нарушить правила и говорить о ваших ближайших предках. Но даже если бы я и мог, ответа на ваш вопрос у меня нет.
Соня разочарованно поджала губы.
– Но вы можете собирать информацию, как кусочки пазла, – продолжал Георг еще тише. – Как только у вас будут все его части, вы увидите целую картину.
Соне на долю секунды показалось, будто в глазах Георга зажегся жгучий интерес, будто ему самому очень хотелось получить ответы на ее вопросы. Но затем Соня подумала, что она ошиблась, так как лицо учителя снова стало безмятежным.
– А вот и тетушка Любовь. Она отведет вас на первый урок по философии Игры. Я тоже с удовольствием на нем поприсутствую. Вы не возражаете? – произнес Георг и галантно поклонился смотрительнице.
На щеках Любови вспыхнул румянец, словно на наливном яблочке. Она гортанно хохотнула и произнесла:
– Вы всегда желанный гость на моем уроке. О! А вот и остальные игроки.
Как только часы пробили девять, дверь распахнулась и в холл вошло несколько групп подростков. Соня помахала Даше, и та тут же подлетела к ней, похожая на апельсин в своей ярко-оранжевой кофточке.
– Папа все еще дуется, но мама говорит, что он скоро сдастся и начнет обучать меня Игре, – прошептала Даша Соне в самое ухо. – А ты успела что-нибудь разузнать?
Соня быстро пересказала Даше то, что услышала от Георга.
– Вот почему тот жутко высокий мужчина на потолке показался мне таким знакомым, – добавила она, выворачивая шею и пытаясь взглянуть на потолок.
Но купол полностью скрылся из виду, как только они нырнули в коридор с мраморными умывальниками.
Смотрительница Любовь уверенно шагнула в столовую, а затем последовала к самой дальней стене, завешенной тяжелым балдахином.
– Постой-ка, – проговорила Даша, уловив главный смысл рассказа Сони. – Получается, твои родители вместе играли в Игру. Получается, они полюбили друг друга, соревнуясь между собой? Ух ты!
Даша присвистнула от удивления. Но Соню удивляло не это.
– Им не нужно было скрывать друг от друга то, что они игроки! – воскликнула она слишком громко. Идущая впереди монголка Жанна резко повернули голову в ее сторону.
Соня снова понизила голос до шепота:
– Они оба знали об Игре. Знали, что мне тоже придется в нее играть. И не сказали ни слова! Даже намека не дали!
Соня от отчаяния сжала руки в кулаки.
– Возможно, у них была на это причина, – предположила Даша.
Соня отвела глаза в сторону. Да что вообще могло заставить ее родителей не рассказать ей об Игре? Соня принялась вспоминать тот образ жизни, который вела ее семья. Папа исследовал хищников на разных континентах земли, и им довольно часто приходилось переезжать с места на место. Они нигде не проводили больше двух лет. Сознательная жизнь Сони началась в Австралии, где папа в исследовательском центре изучал собак динго. Затем по заданию института они перебрались в Новую Зеландию и наблюдали за таманскими дьяволами, потом была Южная Америка с ягуарами и пантерами. Потом Аляска, Монголия, Сибирь, Африка. Последним местом была Канада. Для многих такая кочевая жизнь была бы странной. Но Соне она казалось вполне естественной. Ничего другого она просто не знала.
– Вот мы и пришли! – низким голосом проговорила тетушка Любовь и раздвинула балдахин на стене в стороны, как шторы на окне. За ним показалась фиолетовая резная дверь, которую смотрительница гостеприимно распахнула. Ребят тут же обдало запахом горячей выпечки с корицей.
– Заходите, прошу вас!
Игроки оказались в помещении, походившем на столовую, но гораздо меньших размеров. Здесь все сплошь было обито темно-фиолетовым бархатом. На полу лежал толстый мягкий ковер. Возле стен были разбросаны десятки подушек, там же стояли низкие столики с розовыми светильниками. В комнате царил полумрак, как в помещении гадалки.
– Прошу, угощайтесь и занимайте удобные места.
Смотрительница указала на большое золотое блюдо с дымящимися пирожками. Соня схватила один пирожок и последовала к столику у самой дальней стены. На соседнюю подушку с двумя пирожками в руках уселась Даша.
– Я всегда говорила, что на голодный желудок знания плохо усваиваются! – хохотнула Любовь и откусила кусочек своей булочки. – Теперь, когда мы немного подкрепились, можем начинать философию Игры. Как вы знаете, в каждый Игре ее участникам нужно продемонстрировать свои самые яркие качества – силу и выносливость, знания и умения. Но в определенный момент каждому предстоит показать нечто большее. Наступит такое время, когда перед каждым из вас встанет моральный выбор. Кто помнит Игру номер сто семьдесят восемь?
В воздух тут же взметнулось не менее десяти рук.
– Прошу вас, Марк. – Любовь кивнула испанцу с массивной нижней челюстью.
– Речь идет об Игре на плотах. Тогда участникам нужно было на связанных бревнах переплыть через Средиземное море. Победил мой отец, – ухмыльнулся Марк и выпятил грудь.
– Не удивительно, что вы так хорошо помните ту Игру, – улыбнулась Любовь и откусила еще кусочек своей булочки. – И в чем же был его моральный выбор?
На этот раз слово взяла рыжеволосая Берта:
– У игроков было мало воды и пищи, и чтобы выиграть, им нужно было избавиться от кого-то.
Краем глаза Соня заметила побелевшего как мел Петрушу. Он уставился в одну точку перед собой. На его лбу проступили капельки пота.
– Да, – как ни в чем не бывало продолжала тетушка Любовь. – Тогда выбор был сделан не в пользу Каминских. Но зато его команда первой оказалась на нужном острове.
Казалось, Петруша вот-вот разрыдается.
– Я полагаю, мой прапрадед выбрал правильную стратегию, когда избавился от самого толстого игрока, – послышался грубый голос Марка. – Таким образом он сделал свой плот быстрее плотов соперников и смог сэкономить больше воды и пищи.
– Вопросы морали слишком сложны, чтобы судить о них поверхностно. Ведь мораль – это то, что делает нас людьми, – на этот раз заговорил Георг.
Тетушка Любовь вздрогнула. Казалось, она совсем забыла о присутствии в классе другого учителя.
– Смог бы нормальный человек обречь своего товарища на верную гибель, даже пусть на кону стоят все сокровища мира? – тихо проговорил Георг и обвел цепким взглядом каждого игрока.
– Я уверен, что можно было обойтись без жертв, – раздался сильный голос Рэма.
Глаза большинства девчонок порхнули в его сторону. Казалось, присутствие этого парня действовало на них, как магнит на гвозди.
– Достаточно было сделать парус из рубашек игроков, и они добрались бы до суши в два раза быстрее, – отчетливо проговорил Рэм.
Учитель удивленно взглянул на парня, как будто открывая в нем что-то новое для себя.
– Жаль, что вас тогда не было, – произнес Георг задумчиво. – Возможно, вы смогли бы спасти жизнь.
– Философия Игры – туманный предмет, – тут же закудахтала тетушка Любовь. Диалог пошел не в том русле, в каком она задумывала. – Поступки человека – настоящая загадка. Прошу вас, берите еще пирожки!
До конца урока смотрительница ни на минуту не закрывала рот. Туда мимоходом опрокидывались сдобные булочки, и оттуда же вылетало громадное количество бесполезной информации.
Пододвинув ближе к себе лампу, Соня записывала в свой конспект моральные выборы, которые делали давно умершие игроки в финальном туре. В основном выбор касался возможности убийства других игроков, но несколько раз были и намеки на нанесение себе серьезных телесных увечий.
Когда наконец прозвенел звонок, ребята с облегчением вздохнули. Смотрительница дала им задание написать сочинение на тему книги Джорджа Беррингтона «Остров надежды» и составить свой вариант решения моральной проблемы, ставшей перед автором.
– Она есть в библиотеке, – подмигнула Любовь ученикам и тут же выпихнула всех без исключения игроков в столовую.
Там ребят поджидали куриные крылышки, суп из форели, телячьи отбивные и бесчисленные вариации салатов, закусок и подлив. После обеда у них был час на самостоятельные занятия, но в библиотеку направились всего несколько игроков, остальные свернули к выходу из школы, чтобы насладиться теплым летним днем.
В огромной светлой библиотеке Соня и Даша не сразу увидели смотрительницу Веру. Она стояла возле дальнего шкафа и сортировала по алфавиту толстые фолианты.
– Прошу, располагайтесь. Книги расставлены по странам мира, где они были написаны, – махнула им рукой Вера, не отрываясь от своего занятия.
Подруги разделились, чтобы быстрее отыскать «Остров надежды».
О проекте
О подписке