Долгие годы Настя жила одна.
Когда-то давно она выходила замуж за неказистого неудачника намного старше себя, но замужем пробыла недолго и детей не родила. Теперь одинокий быт вошёл в привычку. В то же время была в нём куча минусов, которые она стала замечать особенно остро именно сейчас. Потому что сейчас почувствовала опасность и никак уже не могла избавиться от этого ощущения. Ей мерещились наёмные убийцы, притаившиеся в подъезде, мерещилось, как кто-то хватает за горло, едва она открывает дверь в квартиру, и даже в собственном платяном шкафу, когда она приходила откуда-нибудь, отсутствуя достаточно долго, чудились подозрительные шорохи. Некоторое время назад женщина установила сигнализацию и подключила тревожную кнопку, но это успокаивало лишь отчасти и волнение её периодически возобновлялось. После недавней встречи в кофейне Настя и вовсе была на взводе: не сомневалась уже – Виталий хочет разделаться с ней как можно быстрей.
Теперь она раскрыла в коридоре мокрый зонт, повесила куртку. Вспомнила, что собиралась по пути зайти в магазин, но прошла мимо, занятая своими мыслями, и уже не хотела снова выходить на улицу, хотя дождь закончился и небо светлело. Ещё вспомнила давний эпизод, хотя впрочем, она его не забывала – досадно часто мысли всё настойчивей возвращались в тот далёкий зимний день.
***
Случилось это в канун Нового года.
Надо сказать, что с Виталием они не отмечали вместе этот праздник ни разу – просто как-то не складывалось. Он часто уезжал в декабре на заграничные курорты один, а она уезжала к родственникам в провинцию. Но в этот раз он позвонил заранее и предложил встретиться тридцатого числа у неё. Она удивилась, что он остался в городе, и удивилась, что не придумал на этот день себе какое-нибудь занятие получше. Сначала радостно согласилась и в предвкушении встречи принялась бегать по магазинам, выбирая себе наряд. Глаза разбегались, порадовать любимого хотелось от всей души – для этого надо было всего лишь выглядеть ярко и особенно привлекательно. Для раздумий решила сделать паузу, зашла в свою любимую кофейню.
Зимой здесь готовили потрясающий глинтвейн и женщина заказала его.
Уткнулась взглядом в каталог, где в новогодних платьях и сверкающей бижутерии позировали разукрашенные красотки. Ароматы кофе и свежей выпечки тянулись с кухни, а ещё к ним примешивался запах хорошего одеколона и Настя чуть огляделась, выискивая, от кого же так пахнет. Прямо рядом за соседним столиком сидели мужчины и полушёпотом энергично обсуждали какую-то свою проблему. От нечего делать она стала прислушиваться, потому что музыку здесь включали редко и очень тихо, а в этот день и вовсе забыли включить.
– В общем, ты будешь кататься на снегоходе, а я посторожу машину, – сказал один.
Другой беззвучно кивнул, а после добавил:
– У чёрта всегда рождаются потрясающие планы. Надо же – получится идеальное убийство, и к алиби не придерёшься: весь посёлок будет слушать рёв снегохода и думать, что это катается он, в то время как на самом деле он явно кого-то собирается замочить.
– Да, хорошее время для убийства – канун самого весёлого праздника. Представляешь, покойник его будет потом лежать в морге в то время как вся страна станет запускать фейерверки.
– Ха-ха! Видать кто-то сильно ему насолил, раз он хочет это убийство так красочно отпраздновать.
Дальше они договорились на день и на время… Назвали как раз тридцатое декабря и тот самый час, в который Виталий назначил свидание с ней. Другого чёрта во всей округе не существовало, и в тот момент, когда он планировал находиться с ней, убить кого-то другого неизвестно где он просто физически не смог бы.
От ужаса Настю охватила оторопь.
Никак не верилось, что эти двое говорили всё-таки о ней – прямо какой-то дурной сон. В то же время сомневаться в услышанном не было оснований. Значит чёрт намеревался её убить… Сразу понятными стали многие его двусмысленные фразы и беспричинный, как ей казалось, гнев, который он позволял себе то и дело. С грустью женщина осознавала, что уже давно он возненавидел её. Виновата в этом была только она… Всё это теперь нахлынуло сразу – как прозрение. Торопливо она захлопнула каталог, понимая, что платье ей вовсе не нужно, а главное – придумать свой план, чтобы перехитрить этого жестокого мужчину. Точнее – самого чёрта.
Впрочем, что тут было придумывать? Пусть готовится, пусть изобретает хоть что, она просто в последний момент отменит встречу. В конце концов, дело житейское и он тоже часто так делал.
Принесли её заказ и она заметила – за соседним столиком пьют то же самое.
Отчаянные ребята, взявшиеся за столь рискованное дело, теперь обсуждали что-то другое, будто эпизод со снегоходом был для них плёвым делом, затеянным мимоходом вперемежку с другими, более важными делами. Настя попыталась рассмотреть их лица, но ничего кроме беззаботности и равнодушия не смогла на них прочитать. Не думала даже, что такими обыденными могут быть злодеи, замешанные в убийствах – их сто раз увидишь в толпе и ни за что не обратишь внимание.
Когда один из них посмотрел в её сторону, она торопливо отвернулась.
Следовало не выказывать себя. Ведь стоило чёрту узнать, что план его раскрыт, тотчас он придумает что-нибудь другое, не менее отчаянное, и тогда уже навряд ли получится спастись… Платье она всё-таки выбрала и решила даже купить его непременно, или хотя бы примерить – именно в таком она представляла себя рядом с любимым человеком в этот волшебный праздник. Ещё она купит себе подарок – обязательно какой-нибудь особенный: хорошую французскую парфюмерию, изысканные сладости, а может и вовсе билет куда-нибудь на край света. Ведь явно она поссорится с чёртом накануне праздника, а значит подарок от него точно не получит.
Ах, как она любила всегда подарки и несомненно именно эта капризная любовь её подвела…
***
В тот далёкий день, когда она увидела в магазине очаровательные серьги с бриллиантами, её будто бес попутал. Не имея в кошельке ни рубля, она примерила соблазнительное украшение – обомлела от того, как же удивительно серьги эти подошли ей к лицу и как они освежили её томный взгляд, который тотчас же заблестел небывалыми огоньками.
– Я их возьму, – пообещала она продавцу. – только немного попозже.
– Конечно приходите, – ответила девушка за прилавком, кивнув с пониманием. – попросите у своего мужчины, пусть покупает.
Настя улыбнулась на этот дерзкий совет и тоже кивнула.
– Он у меня жадный, – сказала, поморщившись.
– Жадных мужчин не бывает, бывают нищие, а если есть деньги, для любимой женщины может и раскошелиться.
Точно так же думала и Настя, вот только раскрутить чёрта на дорогие покупки никак не получалось. Тогда она запланировала маленькую хитрость, которая показалась ей в тот момент абсолютно невинной. Однако чёрт растолковал всё совсем иначе.
– Ты меня шантажируешь? – резко спросил он.
От растерянности женщина не знала, что возразить, хотя сразу поняла – сильно сглупила.
Разумеется она очень многое знала об этом опасном человеке: слышала его разговоры по телефону и с ней он изредка откровенничал тоже. Не думала, что вся эта информация имеет для него серьёзное значение и не думала, что он так всполошится. Конечно серьги он ей не купил. Зато долгое время приходил задумчивый, в основном молчал. Потом однажды сказал:
– Если правда начнёшь трепаться, тебе не жить.
Но Настя бы не стала. Она попыталась убедить его в этом, а он отмахнулся, сказав:
– Ладно, ладно, хватит, поговорили…
Постепенно разговоры об этом прекратились и всё стало по-прежнему. Если бы ни этот подслушанный диалог в кофейне, женщина ни за что не распознала бы подвох…
***
Наверняка подвох был и сейчас… Приди чёрт к ней домой, её уже ничто не спасёт.
Однако он настаивал – снова и снова. Вопреки всяческому приличию звонил каждые пятнадцать минут. В прошлый раз Новый год всё-таки они встречали порознь, а теперь пришлось уступить и согласиться на встречу.
Настя нервничала необыкновенно, потому что прежде он никогда не приходил с ночёвкой. А теперь собрался. Навряд ли ни с того ни с сего он забоялся одиночества. Просто наверняка придумал какой-то очередной жестокий план. В общем срочно предстояло обезопасить себя любыми способами. Женщина торопливо соображала. Во-первых, их обязательно должен кто-нибудь увидеть вместе, или хотя бы одного Виталия в тот момент, когда он зайдёт в её квартиру. Во-вторых, надо при нём тотчас же позвонить кому-нибудь или договориться с кем-то заранее, чтобы позвонили ей, а она ответит на звонок и скажет, что у неё сейчас друг. Это было всё, что она смогла придумать для своей безопасности. Меры эти могли сработать, а могли – нет.
С грустью она посмотрела в окно.
Небо теперь прояснилось совсем и завтра предстоял солнечный хороший день: король оранжевое лето наконец-то соизволил заглянуть в их края. И оказаться в этом следующем дне хотелось непременно. Оставалось несколько часов до предстоящей встречи… Нервничая, женщина посматривала на часы и на телефон – нет, разумеется, он не забудет и не позвонит, чтобы отменить. В самом деле, как советовали ей подружки, лучше было прекратить эти отношения. Однако за десять лет дружбы с чёртом она и сама стала чертовкой и потому никак не хотела потерять этот источник удовольствий, развлечений и небольших доходов, которые перепадали ей время от времени. В конце концов ведь даже интересно – поиграть с самим чёртом и перехитрить его.
***
На улицу она вышла заранее, чтобы немного прогуляться и выглядеть непринуждённо.
С деревьев уже не капала оставшаяся после дождя влага и только кусты роз и жасмина, прежде благоухающие, теперь пахли едва-едва и напоминали, что недавно прошёл дождь. Настя присела на качели на детской площадке – здесь уже никого не осталось из игравшей целый день ребятни, только какая-то престарелая женщина, то ли бабушка, то ли нянька, крутила на колесе маленькую девочку, которая отчаянно кричала и никак не хотела идти домой. В этот момент Настя особенно пожалела, что не родила от Виталия ребёнка или даже двух, ведь убивать мать своих детей он наверняка не стал бы. Но с другой стороны, что бы это были за дети – эдакие чертенята, от которых тоже ожидать можно было невесть чего.
И вот он появился, необыкновенно рано, хотя всегда обычно опаздывал.
За много лет Настя уже привыкла ждать и полагала даже, что мужчины всегда где-нибудь задерживаются. Она не вставала с качели и он не повернул голову в её сторону: посмотрел на дверь подъезда, потом – на её окна, ещё беглым взглядом на окна всех этажей и даже на те, которые находились на лестничных площадках. Да, он явно замышлял злодейство – и если не в этот день, когда-нибудь потом непременно.
О проекте
О подписке