Читать книгу «Икстлан. Путь воина духа» онлайн полностью📖 — Андэго — MyBook.
image

Используя элементы первоначальной картины мира в качестве шаблонов, человек создаёт новые элементы, посредством которых строит новую модель мира, исходя из измышлений на основе старой картины мира. Эго-позиция фокусирует сознание на деталях, составляющих обыденную систему интерпретации. Он объединяет элементы в новые группы, блоки, формирует новые связи между элементами, структурируя своё описание мира более сложным образом. Максимальное количество деталей и связей даёт большее количество информации, но её качество остаётся старым, стереотипным, не проникающим в суть явлений.

Познание обыденного человека сводится к воспроизводству стереотипных интерпретаций, производимых инсталлированными в сознание шаблонными программами системы описания мира. Соглашение с социальной системой интерпретации культивирует фантомность и ограниченность, снижает объём энергообмена с миром, культивирует режим самоистощения. Проявляя свои исключительные способности в придумывании новых иллюзий, человек пытается с их помощью избавиться от старых иллюзий, но лишь запутывается ещё больше в замкнутом пространстве виртуальной эго-реальности.

Бессилие начинается с невежества, неспособности и нежелания развить силу и осознанность и завершается истощением и деградацией. Самопотакание делает человека более уязвимым, усугубляя степень иллюзии слабости, усиливая процессы самоослабления. Вследствие дефицита осознанности и жизненной силы в человеке преобладают потребительское отношение и чрезмерная зависимость от внешних факторов. Потребляя, человек всего лишь частично восполняет энергию, направляя её на дальнейшее самоослабление, посредством мировосприятия, ограниченного иллюзией бессилия.

Душевные страдания поглощают значительный объём личной силы, снижают осознанность. Озабоченность и жалость к себе, исходящие из эгоцентризма и страха от иллюзии бессилия вынуждают цепляться за шаблонные модели поведения, диктуемые социальной системой интерпретации. Человек испытывает страдания, страхи, переживания от иллюзий бессилия. Посредством страстей он пытается компенсировать моральный ущерб от своих страданий. Культивируя безответственность, важность, жалость к себе он пытается скрыть, подавить свой страх. Действия обыденного человека направлены на потерю силы и осознанности через принятие ограничивающих познание программ мироописания. Индульгирование в безответственности, жалости к себе усугубляет деградацию, программирует на саморазрушение и поглощённость иллюзиями. Интерпретируя свой опыт, обусловленный ограниченными параметрами, он существует в искусственном мире, мире иллюзий.

Внутренний диалог настраивает режим восприятия точки сборки, координируя её положение в соответствии с его описанием. Непрерывность однообразия воспринимаемой ограниченной области мира внушает сознанию веру в то, что она единственная абсолютная реальность. Внутренний диалог диктует аксиому истинности описания реальности. Вера в безальтернативную картину мира питает иллюзию истинного знания реальности. Осознание обладания кажущимся истинным знанием абсолютной реальности, придаёт дополнительную силу чувству собственной важности. Человек гордится своей способностью воспринимать один из бесчисленных миров как единственную реальность.

Между собой и миром человек поместил описание мира, основанное на прошлом опыте. Поэтому человек, интерпретируя мир старыми стереотипами, тормозит в осознании реальности. Информация, прошедшая через фильтры восприятия, смыслообразования, оценки, через достройку ее до иллюзии целостности, становится ограниченной, искажённой. Восприятие субъекта – это воспоминание о восприятии. Посредством системы описания мира, человек осознает воспоминание об ограниченном, искаженном восприятии. «Мир не отдается нам прямо. Между нами и миром находится описание мира. Поэтому, правильно говоря, мы всегда на один шаг позади, и наше восприятие мира всегда только воспоминание о его восприятии. Мы вечно вспоминаем тот момент, который только что прошел. Мы вспоминаем, вспоминаем, вспоминаем. <…>

Плотность, материальность – это воспоминания. Поэтому, как и все, что мы ощущаем в мире, они являются только накапливаемой нами памятью. Памятью об описании». К. Кастанеда, «Сказки о силе». Постоянно вспоминая восприятие мира, человек пребывает в торможении осознания реальности. Человек тормозит своё осознание, посредством воспоминаний восприятия, интерпретируя его прошлыми воспоминаниями стереотипов. Подобное запоздалое, дистанцированное, ограниченное, искаженное восприятие не способно к резонансному осознанию и чувствованию реальности.» – Мир, когда ты видишь, не таков, каким ты представляешь его себе сейчас. Это, скорее, ускользающий мир, который движется и изменяется». К. Кастанеда. «Отдельная реальность». Посредством внутреннего диалога человек вспоминает опыт восприятия. Он дополняет прошлый опыт, конструируя интерпретациями воспринимаемое, укрепляя иллюзорное описание мира.

Стереотипы являются структурными элементами картины мира, в иллюзорность которой погружено сознание, выражены в привычных схемах мышления, зашоривают сознание. Следование привычкам делает сознание скованным, представляющим набор программ мыслей, слов и действий. Человек становится косным, однообразным, предсказуемым, доступным. Энергия застревает в стереотипах, зацикливается в шаблонах, питая обыденное состояние сознания. Следование стереотипам – энергозатратное занятие, ограничивающее диапазон и степень осознания. Активность стереотипов поддерживается за счёт расхода личной силы, что приводит к возникновению нехватки энергии, и у человека не остаётся достаточного количества силы для устранения стереотипов.

Привычки срастаются с человеком и становятся обычным явлением. Погружённый в зацикленность стереотипов, он не подозревает, что имеет возможности избавиться от них. Человек привык к обыденности существования, привык к неудовлетворённости жизнью. Он привык к своим страданиям, обиде, страхам, жалости к себе. Привык к пассивному существованию, к неспособности преодолеть свои страдания. Человек привык к своим бедам, считая их неотъемлемой частью себя, привык настолько, что считает бессмысленным и нереальным альтернативу своей привычной обыденной жизни. Зашоривая сознание привычными стереотипами прошлого, он не видит нового, уникальности и многогранности жизни. Ограничив мировосприятие косными установками, он не воспринимает изменения вещей, подгоняя новое под старые шаблоны. В неповторимости и неоднозначности проявлений мира он видит привычность заурядность – это не отвлекает его от примитивного существования. Его утешает иллюзия того, что ему многое знакомо, известно, подконтрольно. Привычность является для него критерием объективности и компетентности, спокойствия и безопасности. Человек привычно предпочитает обращать внимание на то, что он считает важным для себя. «Обычный человек привык осознавать только то, что считает важным для себя. Но настоящий воин должен осознавать все и всегда». К. Кастанеда, «Колесо времени». Он считает, что то, что укладывается в привычные схемы его представлений верно, а что не укладывается, то необходимо втиснуть в мировоззренческие рамки. Полагаясь на привычный регламент своих иллюзий, он считает себя защищённым. Всё новое, неизвестное, что не подгоняется под шаблоны описания, вызывает в человеке тревогу и лихорадочные попытки ума сделать новое привычным и удобным для обыденного, индульгирующего существования. «Скорее, это привычка видеть мир соответствующим нашему представлению о нём. Когда это не так, мы просто делаем его соответствующим». К. Кастанеда, «Сказки о силе».

Расходуя энергию на отработку привычек, стереотипных схем, поддерживая неимоверными усилиями зависимость от них, человек истощает себя, укрепляя позиции раба иллюзий. Снимая с себя ответственность, он уповает на привычный алгоритм мыслей и действий, привязываясь к ним, ограничивая свободу познания.

Индульгирование через привычки усиливает фиксацию точки сборки в позиции озабоченности, способствующей развитию жалости к себе и снижению осознанности. «Он сказал, что при видении точки сборки у детей, которая постоянно перемещается как бы под воздействием небольших встряхиваний, легко переходя из одного положения в другое, – старые маги пришли к выводу, что обычное место точки сборки не присуще ей от природы, а вырабатывается как привычка. Видя также, что точка сборки фиксирована на одном месте только у взрослых, они заключили, что с каждым конкретным ее положением некоторым особым образом связан определенный тип восприятия. Вследствие длительной привычки этот тип восприятия становится системой интерпретации чувственных данных». К. Кастанеда, «Искусство сновидения».

Человек заменяет непосредственное восприятие мира его описанием, в котором устанавливает свои правила на правах творца виртуального мироздания. Он разрушает естественные связи, всё больше утрачивает состояние единства и гармонии с миром, изолируясь от него в своём искусственном мирке, пытаясь подчинить своими умозрительными законами всё окружающее. Энергетически изолированный человек не имеет достаточного количества силы для осознания иллюзии слабости и разобщённости его с миром. Наоборот, он галлюцинирует себя всемогущим творцом, являясь в действительности жалким рабом своих страстишек. Обыденный человек не в силах признать своё бессилие и найти путь к силе. У него нет осознанности, познать своё невежество и найти путь к знанию. Он не желает признавать своё невежество и бессилие, считая, что это ниже его достоинства. Важность как средство самоудовлетворения не позволяет ему признать свою слабость. Он предпочитает пребывать в иллюзиях, гордиться ими. Он не в состоянии иметь силу и знание, чтобы разорвать замкнутый круг деградации. Ум обыденного человека находит, создаёт и использует средства для достижения слабости, формируя связи между средствами, конструируя эгоцентрическую модель мира, в которой всё пронизано духом слабости, ограниченности, искажения.

Человек расходует свою энергию на создание и поддержание иллюзорной картины мира, вследствие чего, происходит частичная энергоинформационная изоляция человека от мира. Далее, человек расходует энергию на процессы внутреннего диалога, в результате – ослабление. Принимая решения из чувств важности, безответственности, страха, он расходует силы на действия с позиций слабости, в результате – ослабление. Человек тратит энергию на культивацию иллюзий и снижение жизненного потенциала. Он имеет осознанность и силу, способные преодолеть зависимость от навязанных моделей интерпретации, но, соглашаясь с иллюзиями бессилия, он становится неспособным преодолеть инерцию обыденных потоков восприятия и сознания.

Человек расходует жизненную энергию на создание картины мира и её поддержание. Изолирующее влияние обыденного описания мира блокирует энергетическое взаимодействие, ослабляет энергетический потенциал. Жизненная сила тратится на настройку барьера восприятия в режим ограниченного функционирования. Шаблоны социальной системы интерпретации создают барьеры восприятия, уменьшающие объём взаимодействия с эманациями мира. Человек становится слабым, испытывает страх от слабости. Личная сила тратится на чувства страха. Не осознавая возможности преодоления слабости, он погружается в иллюзию бессилия. Он испытывает жалость к себе от безысходности. Жизненная сила тратится на жалость к себе. Пытаясь скрыть свою слабость и жалкое состояние, человек расходует значительную часть своей энергии на чувство собственной важности.

Мыслительные процессы, обусловленные программами иллюзорного описания мира, берут большой объём жизненной энергии. Человек тратит огромное количество энергии на внутренний диалог, поддерживающий обыденное описание мира. Личная сила человека тратится в действиях, направленных на реализацию программ, исходящих из позиций обыденного существования.

Пытаясь компенсировать свои страдания эксплуатацией чувств, для чрезмерного эмоционального удовлетворения человек расходует большой объём личной силы. Все эти иллюзии поглощают колоссальное количество жизненной энергии и к тому же направлены на самоослабление. Иллюзии потребляют личную силу для самоистощения, подавляют жизненный потенциал. Низкий уровень энергетического потенциала снижает возможность осознания иллюзорности описания мира и тщетности действий, программируемых этим описанием.

Принятие иллюзии ослабляет человека и делает его неспособным осознать, что он пребывает в иллюзии. Замкнутый круг иллюзорного существования направляет все действия человека на подавление осознанности, достижение бессилия и деградации. «Наш разум заставляет нас забыть, что описание – это только описание, и, прежде чем осознать это, человеческие существа сами заключают себя в заколдованный круг, из которого они редко вырываются в течение отпущенного им времени жизни». К. Кастанеда «Сказки о силе». Принятая разумом социальная картина мира производит настройку режима восприятия в ограниченном диапазоне активности. Воспринимая меньший спектр и объём энергии, человек не в состоянии осознать свою ограниченность и освободиться от зависимости к внушённой виртуальной реальности. Обыденный человек тратит свои силы и осознанность на самоослабление, ограниченность и невежество. Его действия – это действия слабости и невежества.

Действия воина – действия силы и осознанности. «Весь смысл заключается в том, чему именно человек уделяет внимание. Мы либо делаем себя жалкими, либо делаем себя сильными – объем затрачиваемых усилий остается одним и тем же». К. Кастанеда «Путешествие в Икстлан». Воин разрывает порочный круг деградации, разрушает иллюзорное описание мира, направляет энергию на преодоление зависимости от иллюзии эгоцентрической позиции существования. Он направляет жизненную силу на развитие силы и совершенствование осознанности, на достижение безупречности и связи с намерением бесконечности. «Каждый имеет достаточно личной силы для чего угодно. В случае воина фокус состоит в том, чтобы отвернуть свою личную силу от своих слабостей и направить ее к своей цели воина». К. Кастанеда «Второе кольцо силы».