«Люблю Отчизну я, но странною любовью…»
А.С. Пушкин
Россия за весь XX век прожила и претерпела страшные военно-политические и социально-экономические грозы, связанные с войнами, революциями и контрреволюциями, в результате которых она пять раз меняла свое название на политической карте мира:
– Российская империя – до 1917 года;
– Российская республика – в 1917 году;
– РСФСР – с 1918 по 1922 год;
– СССР – с 1922 по 1991 год;
– Российская Федерация, или Россия, с 1993 года.
Четыре раза за это время она изменяла гимн:
– «Боже, царя храни…» – до 1917 года,
– «Марсельеза» – в 1917 году,
– «Интернационал» – с 1918 по 1944 год,
– «Союз нерушимый…» – с 1944 по 1991 год.
Нынешний гимн исполнялся без слов с 1993 по 2001 год. В ноль первом году был утвержден новый вариант старого гимна на музыку Александрова и обновленные слова Михалкова.
Три раза менялся государственный флаг России. В Российской империи он был и черно-желто-белый, и бело-сине-красный, после Октябрьской революции до 1991 года-красное полотнище со звездой и скрещенными серпом и молотом. С 1991 года – бело-сине-красное полотнище вновь стало государственным флагом РФ. А еще у России есть три глубочайших источника, позволяющие ей эффективно развиваться и стоять вровень с ведущими странами мира.
Во-первых, Россия, несмотря на дикие, варварские, опустошительные реформы, все еще обладает мощным потенциалом высокопрофессиональных кадров. Во-вторых, Россия располагает уникальными запасами минеральных ресурсов, пресной воды, плодородных земель, лесов и многообразных биоресурсов морей и океанов. И в-третьих, несмотря на горбачевско-ельцинские ломки, Россия сохранила мощный научно-технический потенциал, особенно в оборонном комплексе.
Ну как ни воскликнуть: люблю Россию я, но странною любовью – всю – вкупе с поражениями, ошибками и просчетами, а также ее победами, успехами и верными ходами. В «Кривой империи» Сергея Кравченко есть такие исповедальные слова:
«Мы говорим о нелегкой судьбе России и русского народа.
Мы пытаемся найти причины русских бед и неустройств.
Мы ищем врагов, ссылаемся на природные условия, на военные напасти, на превратности истории.
Мы остаемся в привычных рамках самооправдания.
Мы по-прежнему не хотим заглянуть внутрь себя…»
И действительно, у нас немало тем, которые неудобно обсуждать. Мы оправдываемся почему-то за грехи наших далеких и близких предков, но, как правило, никогда за свои личные. Готовы доказывать, что князь Игорь не понимал простого народа; что мы не плясали половецких плясок вокруг плененного князя; о кровавых делах Ивана Грозного мы ничего не знаем и ставим памятник ему, а не Ивану Третьему, собирателю Русских земель и освободителю русского народа от ханской зависимости; а в развале СССР вместе с Горбачевым и Ельциным мы не участвовали, хотя ходили на митинги и собой дополняли орущую, безалаберную преступную толпу горлопанов, каждый день подвигавших страну к пропасти.
За время существования царской и Советской России питерские и московские власти не раз перекраивали огромную страну. Они кромсали ее административно-территориальным делением, порой необдуманными, нелогичными и опасными способами. Переименовывали города, сносили памятники, громили церкви, а потом восстанавливали храмы, проводили массовые расстрелы тех, «кто против нас». Успешными учениками такого «опыта» оказались сегодня мои земляки – украинские политиканы и толстосумы, захватившие силой власть и опустившие народ ниже плинтуса по уровню жизни. «Люди ходят, как тени, уставшие, униженные и обманутые всякого рода обещаниями «Революции достоинства», – заметил мой земляк.
Наколбасили политиканы в России и в начале 90-х годов прошлого века, предательством разорив то гнездо, которое столетиями собиралось нашими и далекими, и недавними предками. Сличение всех памятных поворотов в истории России приводит многих рассуждающих к простому заключению, что прежде, как и теперь, было, как писал М.С. Хомяков, «… постоянное несогласие между законом и жизнью, между учреждениями писанными и живыми нравами народными. Тогда, как и теперь, закон был то лучше, то хуже обычного, и редко исполнимый, то портился, то исправлялся в приложении. Примем это толкование как истину, и все перемены быта русского объяснятся…» Поэтому Пушкин и любил Отчизну «странною любовью».
И вот автора подвигли мысли написать свое повествование, свое видение причин многострадальности России периода конца XX и начала XXI столетия. Так повесть или замахнуться на широкую публицистику?
Но вот беда – их герой и герои мне виделись с тревожными оттенками в поведении – все их действия почему-то заводили в сторону трагедий – малых и великих. Были в истории России и значительные победы. И тоже – великие и малые в войнах, в которых грозные противники никак не могли ее одолеть. Это внушало и внушает уважение за россиян святой Руси, как бы она ни величалась по-другому.
Победа в 1945 году, всячески опошляемая нашими недругами, не случайно Великая. В сорок первом на СССР напала не только Германия. В составе гитлеровских войск были сотни тысяч солдат из тех стран, которые сегодня нам объявляют санкции. Против нас выступил весь «евросоюз» того времени. Экономика практически всей покоренной вермахтом Европы работала на Германию. Итак, нацистский меч против Советской России Европа ковала сообща. Результат – мы выстояли и за каких-то полдесятка лет стали привлекательной страной, заложив основы ядерной и космической Сверхдержавы.
Что мы видим сегодня: в последние десятилетия XX столетия появилось больше поражений. И определялись они прилагательными типа – рукотворные, предательские, враждебные… Запахло оживлением пятой колонны, поголовного ворья и бесстыжего вранья.
Многим на первый взгляд эта тема покажется неинтересной, жеваной-пережеваной, родившейся плодом воспаленного и нездорового воображения очередного сидельца за письменным столом. Но нашелся мой друг, назову его Умником, который все-таки посоветовал засесть за компьютер и начать исследовать эту интересную своей трагичностью тему
– И все-таки, какова реальность сегодняшней жизни? – спросил я Умника.
– Матрица сегодняшней жизни такова, что после предательского развала Советского Союза новая Россия – Российская Федерация, особенно ельцинского разлива, стала заметно «худеть» из-за нехороших болезненных симптомов и широких масштабов ломки государственности через коррумпированное чиновничество вместе со стратегическими ошибками – загогулинами при организации производственного становления, а вернее, без оного.
Страшно подумать, после предательского Беловежья в годы ельцинского безвременья с лика России как корова языком слизнула – пропали, уничтожены, перестали существовать 20 городов и 20 тысяч деревень и сел. И вспыхнуло вымирание, точнее, начался элементарный мор: по миллиону человек в год уходило на тот свет. 25 миллионов россиян, русскоговорящих, русских оказались за пределами Родины. Чиновничество молчало, только правдивые, дотошные журналисты, писатели и мужественные наблюдатели из честной и молчаливой людской массы громко заявляли об этих диких проблемах. Они появились в результате бестолковости и предательства не партии коммунистов, а в целом страны с новыми партиями.
Что касается разного рода толкований августовских событий 1991 года с развалом Красной империи и роли в них американской политической элиты вкупе с ЦРУ США, то споры до сих пор не утихают со стороны и торжествующих победителей, и униженных побежденных.
Мы – победители в холодной войне! – кричит с надрывом Запад, намекая о своей действенной и действительной роли в процессе распада СССР. Между тем до сих пор выяснение причин падения страны – Мировой Сверхдержавы, которую не мог одолеть Гитлер с могущественной армией – вермахтом и финансово-промышленным капиталом поверженной им в течение недель и месяцев практически всей Европы, продолжается. До этого на России споткнулись и полчища поляков в 1612 году, и полки Великой армии Наполеона в 1812 году.
Одни говорят – Советская Россия развалилась в течение трех дней путча. Другие утверждают – взорвались экономические мины глубинного залегания. Третьи считают, что тектонический разлом Страны Советов явился результатом перенапряжения в ходе гонки вооружений, искусственно навязанной нашим недалеким кремлевским политиканам. Четвертые верят, и надо сказать, что таких граждан большинство, – Советский Союз взорван изнутри фугасом предательства партийно-политической элиты с перекроенными западной идеологией мозгами и мыслями под спасительную частную собственность, которую обещали раздать каждому россиянину по кусочку, а взяли по кусищу себе.
Результат получился варварским – госимущество Союза ельцинская власть решила «прихватизировать», а потом распродать в качестве металлолома или сдать в аренду своему близкому окружению, беспечно живя на проценты, не думая, как лучше промышленно «обустроить Россию». Ставка в первую очередь делалась на приватизацию «дырок» в земле и продажу сырья, в основном не-переработанного, за «бугры» по трубам и посредством налива и сжижения разного рода танкерами. Они вовсе не думали нефть и газ сделать локомотивами экономики нового отечества, считая его дойной коровой, – насосаться и отвалить.
Были и такие… Они не желали тратить дурные и быстрые деньги на развитие машиностроительных и электронных отраслей – основы индустриализации любой страны. Они, эти новые русские купчики, скорее заботились о том, чтобы набивать «зеленью» свои карманы, открывать счета за границей, приобретать недвижимость, строить или покупать крутые яхты и иномарки за счет быстро-нищающего, а порой и вымирающего простого народа, праведного налогоплательщика, обдираемого как липку новой властью. Вот так до сих пор и живем, все затягивая и затягивая пояса.
Существуют и другие мнения. Надо отметить, что часто версии обнародуют те, кто непосредственно участвовал в этих событиях. Но вот что писал мой коллега по контрразведывательному ремеслу генерал Рэм Сергеевич Красильников, с которым довелось служить в перестроечные времена: «… Ни в коем случае нельзя принимать во внимание свидетельства самих участников этого развала. Их заинтересованность в собственной исторической реабилитации очевидна. Они несокрушимо будут доказывать, что избранный ими путь был единственно правильным, закрывая глаза на те факты, которые не стыкуются с их линией поведения».
В новой капиталистической России, урезанной и униженной, затиснутой гигантскими губками тисков глобального противоборства, чиновничество, пришедшее к руководству, старается поскорее, как страшный сон, забыть лихие и 80-е и 90-е годы прошлого века, архитекторами и прорабами которых оно, по существу, являлось. Это они посадили Россию на нефтяную иглу в виде Трубы, а сидеть только «на трубе – это труба», – как сказал один мой хороший знакомый, уже упоминаемый Умник, – дальнейшему экономическому развитию, использованию новых технологий и становлению всех отраслей промышленности.
И вот уже новые антироссийские кочевые конквистадоры и крестоносцы, называя россиян «неконкурентоспособным населением», призывают запретить расходовать, т. е. использовать и реализовывать нефть в больших объемах. Механикой такой стратегии служит методология «человеческого капитала», которая позволяет регулировать население, его количество и судьбу в зависимости от рентабельности этого самого населения. Рентабельное население – это то, которое способно в данных условиях самостоятельно участвовать в распределении ресурсов и демонстрировать соответствующий тип поведения. Оно определяется как качественное, а нерентабельное объявляют низкокачественным. Причем не только русские, но и вообще восточные славяне уже объявлены нерентабельными и некачественными людьми. Получается – в их понимании – россияне недостойны потреблять природные ресурсы в таких количествах.
И вот что интересно, идеологическим обеспечением нового всплеска их фашиствующего действа выступают различные теории гуманизма. Выходит, с гуманных позиций они нас критикуют, дабы помочь стопятидесятимиллионную Россию сократить на треть, доведя демографические показатели до цифры этак в сорок-пятьдесят миллионов. Но есть одна загвоздка: все эти теории и учения распространяются исключительно на тех, кого они соизволили записать или зачислить в «рентабельное» население, т. е. своих или сами себя. Это их жизнь считается огромной ценностью. А на «некачественные» народы все эти блага не распространяются. Им оставляют только одну возможность: смириться с участью, ползая под столом, за которым пируют «качественные» народы. В первую очередь к ним они относят англосаксов США и Великобритании. А во вторую – их сателлитов расширяющихся Евросоюза и блока НАТО.
Остальное – быдлота!
Но Русь, Россия, россияне не из той масти. Они годами жили и выживали порой в диких климатических природных условиях и пользовались малым во имя большего – стоять у своего знамени, присягнувши единожды. Они непритязательны в быту, тем более что это трижды важно в боевых условиях.
Показатели – войны!
Сакраментальная фраза рупора американской идеологии Збигнева Бжезинского «Россия будет расчленена и раздроблена» по нынешней его реакции на политику Кремля несколько потускнела. Она размывается, несмотря на тяжелые по последствиям, как бы наши чиновники ни хорохорились, санкции против России. Но она встает не с колен, а с больничной кровати, в которую ее уложили либералы «демократического разлива» в лютые девяностые.
Удивительно то, что они не только не ответили по закону об участии в предательском развале союзной государственности, всякого рода монетарных глупостях, удобным им приватизациях и ваучеризациях, но и продолжают мутить воду в неспокойное сегодняшнее время. Время, когда против России, казалось, ополчилась по всем направлениям – от военных приготовлений до дискредитации российского спорта – вся западная мировая закулиса. Она, эта закулиса, готова развязать третью мировую войну, лишь бы разорвать на части все еще остающуюся самой богатой по природным ресурсам и самой огромной по территории в мире страну. Для этого они стравливают народы Восточной Европы и направляют их в русофобское русло. Они торопятся порвать российскую «экономику в клочья», а потом взяться и за ее территорию. Но мирным путем никак не получается.
Печальна оценка всего происшедшего в России от горбачевской «перестройки» до ельцинских «реформ без реформ» писателем Александром Солженицыным, ставшим классиком в школьных программах и сказавшим как-то: «Бездумное заблуждение – считать русских в СССР «правящей нацией»… Русские – главная масса рабов этого государства. Русский народ изможден, биологически вырождается, его национальное сознание принижено и подавлено».
Сказано почти по-ленинскому: «Русский рабочий – плохой рабочий!»
Но Солженицыну ответил известный драматург Михаил Шатров по Центральному телевидению 22 января 2003 года: «Я не приемлю то общество, которое образовалось на развалинах социализма». С тех пор до самой своей кончины в 2010 году его больше никогда не приглашали на такие встречи.
Нечто подобное произошло с маршалом Советского Союза К.К. Рокоссовским. Это случилось на одном из кремлевских банкетов в конце 50-х годов прошлого века. К любимцу солдат «советскому Суворову» подошел изрядно выпивший, улыбающийся во все зубы новый глава СССР – первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев и попросил написать пасквиль на Сталина.
– Напишите поярче, побольнее, почернее, – советовал суетливо партийный функционер.
– Не могу, Никита Сергеевич, – спокойно ответил дважды Герой Советского Союза и внимательно с высоты своего роста достойно посмотрел в глаза низкорослому новому хозяину Кремля и Советского Союза.
– Это почему же? – набычился глава Кремля, краснея пухлыми щеками и наливаясь широко открытыми глазами.
– Для меня Сталин святой! – ответил полководец.
Больше до самого смещения Хрущева на подобные мероприятия в Кремле Константина Константиновича никто не приглашал. Более того, он на следующий день лишился должности заместителя министра обороны СССР. Его кабинет занял на второй же день маршал Москаленко.
Но Западу не стоит спешить хоронить Россию. Еще никто не завоевывал нашу Отчизну силой. Входили недруги и оставались мертвыми телами удобрять ее необъятные просторы, выходили – единицы, а вот разоряли и выставляли Россию на тендеры чиновники предательством и изменой – это явление бывало частенько.
Академик Дмитрий Львов, давая оценку руководству новой России, писал, что происшедшее в годы «реформ без реформ» породил новый застой с новой, еще более тяжелой и бесперспективной фазой. «Никакой «глубокой вспашки» в действительности не было, – писал он. – Сменились декорации и отчасти исполнители заглавных ролей. Но разыгрывается прежний спектакль, все более втягивая экономику в фазу застойного хаоса».
Он смело заявлял:
«В этом несомненная вина власти, не демократической по своей сути, хотя и избранной народом. Но определенная доля вины лежит и на нашей экономической науке. Разве не мы, ученые-экономисты, несем свою долю моральной ответственности за то, что российское общество вновь стало жертвой идеологических мифов? Мы должны признать это и принести покаяние за наше соглашательство с властью в столь трудный, переломный момент жизни российского общества. Без этого не будет нашего возрождения!..
Защищать общество от плохих реформаторов – это одно, защищать от них саму идею реформы, не дать ее окончательно загубить – это другое, куда боле важное и ответственное дело… И только решив для себя принципиальный вопрос об источниках дохода для общества, Россия сумеет найти собственный эффективный путь развития».
Николай Бердяев говорил, что Ленин настолько ненавидел старую власть, что главной своей задачей считал ее свержение, серьезно не задумываясь над тем, как строить социализм. Такую же самую ненависть к социализму в СССР испытывали разрушители Красной империи Горбачев и Ельцин, не понимающие, как выстраивать в дальнейшем капиталистические отношения. Они, эти «рыцари рынка», навязали нам убийственные модели выживания. Почему так случается, что плохо сделалось хорошим гражданам, хотя плохое должно наваливаться только на плохих людей.
Морально ли быть смелым, решительным, говорливым, когда за твои ошибочные действия платят другие? Имеет ли право «железный рыцарь рынка» без тени сомнения, не оглядываясь и не просчитывая последствий, вести за собой 150-миллионную армию сограждан. Продираться порой напролом через колючки терновника, не слышать голос боли и не видеть пятен крови? Одно дело, если ты и только ты риск берешь на себя – ты смелый человек. Кто не рискует, тот не побеждает. Но если за тебя будут отдуваться другие, то здесь пахнет подлостью. Именно в такие дебри неразвитого, вороватого, гадкого капитализма завели нас вожди 80-х и 90-х годов XX века.
Так совершались преступления, за которые никто не отвечал по букве Закона. Так рождались Преступления без Наказания и в 1985, и в 1991, и в 1993 годах, и т. д. О них и пойдет речь в этой книге, написанной не без помощи диалогов с Умником.
Вот такие протуберанцы России – огромного осколка великой Руси, оттого «люблю Отчизну я, но странною любовью!» Но ЛЮБЛЮ за все и всю ее с ее Бедами и Победами!
О проекте
О подписке