– Владимир Сергеевич! Операция, которую сегодня начало ГРУ, имеет стратегическое значение! Мы не можем позволить, чтобы этот американец заговорил! Если он откроет рот, то последствия могут быть ужасающими! Полетят не только наши головы, но и очень серьезные люди лишатся своих мест!
Дело идет о миллиардном заказе! Если просочатся данные, что мы продали сто мобильных ракетных комплексов «Стрела 200М», которых еще нет на вооружении у нас, то поднимется такая волна!
– Не играйте словами, Игорь Витальевич! Комплексы продали вы, а я только осуществлял прикрытие операции! В самом крайнем случае, меня по-тихому спровадят на генеральскую пенсию с персональной машиной и дачей в каком-нибудь престижном поселке недалеко от Москвы, – усмехнулся коренастый мужчина в военной форме с погонами генерал-лейтенанта.
Затем он протянул руку и, пододвинув к себе пачку «Парламента», вытряхнул из нее сигарету. Размяв по старой привычке сигарету короткими сильными пальцами, он сунул ее в рот и спокойно прикурил.
Все это время в большом кабинете на Старой площади царила мертвая тишина.
Два человека, сидевшие напротив генерала, спокойно смотрели, как генерал прикуривает, не выказывая никаких признаков волнения.
Каждому из присутствующих было далеко за пятьдесят. Холеные лица, добротные костюмы, ослепительно белые рубашки – все с первого взгляда выдавало в них хозяев жизни.
Первым нарушил молчание генерал-лейтенант.
Нервно смяв в хрустальной пепельнице сигарету, он коротко хохотнул и сказал:
– Смотрю я на вас и восхищаюсь! Дело, можно сказать, идет о жизни и смерти, а вы даже глазом не моргнете! Какая выдержка! Давайте, мужики, ко мне в контору!
– Ты, мил человек, словами не блуди! В случае провала операции твои десять лимонов мы спокойно разделим и положим в Швейцарский банк, – спокойно, растягивая слова, сказал лысый толстяк с обвисшими, как у бульдога, щеками.
– Вот это я и хотел услышать! А то все высокие слова про долг, честь и совесть! – презрительно сказал генерал, вынимая из кармана мобильный телефон.
Потыкав в кнопки, генерал недоуменно сказал:
– Странно! Почему-то телефон перестал работать!
– Ты, мил человек, со стола красную трубочку возьми и с нее позвони. Твоя пищалка в моем кабинете работать не будет! Кабинет полностью экранирован! – гордо сказал толстяк.
С живостью, несвойственной для его комплекции, генерал-лейтенант вскочил и бросился к огромному столу.
Едва генерал поднес трубку к уху, как толстяк, не меняя позы, сказал:
– Борзый и непослушный стал генеральчик!
– Не нравится – заменим!
– Проработайте этот вопрос, Игорь Витальевич! – приказал толстяк.
«Даже антеевские молодцы не смогли хвост обрубить, несмотря на их крутость и мобильность!
Сменить рубашку, куртку и посмотреть, что Антей сунул в карман! Не забыть проверить себя на клопов и радиомаяк!» – напомнил себе Клим, передвигаясь по супермаркету. Обнаружив указатель: «Мужская одежда – 2-й этаж», – он быстро пошел к лестнице.
Наверху Клим с ходу наткнулся на секцию рубашек.
Черненькая худенькая девушка, стоявшая за прилавком, внимательно посмотрела на Клима.
Кивком головы подозвав продавщицу, Клим вынул раскрытое удостоверение и негромко сказал:
– Мне нужна ваша помощь!
Служебное удостоверение, на фотографии которого Клим был изображен в морской форме, произвело магическое действие.
– Все что угодно, товарищ капитан первого ранга! – быстро ответила девушка, поднимая глаза на Клима. В глазах девушки Клим заметил лукавую смешинку.
– Девушка! Я очень тороплюсь! Мне нужны темная рубашка и куртка! И желательно возможность переодеться! – попросил Клим, боковым зрением фиксируя обстановку вокруг.
– Пройдемте в подсобку! – предложила девушка, глазами показывая налево.
Клим двинулся в указанном направлении.
За прилавком обнаружился узкий коридор.
Клим не успел пройти по нему и двух метров, как навстречу выплыла необъятных размеров дама, под два метра ростом.
– Я заведующая секцией! – глубоким контральто сказала она.
«Рубенс отдыхает!» – про себя воскликнул Клим, любуясь богатырскими формами русской красавицы.
Дама окинула Клима оценивающим взглядом, круто развернулась и пошла вперед.
Теперь Климу предстояло любоваться «кормой» этого великолепного творения природы.
Ярко выраженные ВЛТ[2] симметрично покачивались перед глазами, отвлекая и немного нервируя. Несмотря на вес, а по прикидкам Клима дама тянула килограммов на сто восемьдесят, двигалась завсекцией легко и грациозно – насколько может грациозно двигаться танкер-миллионник.
Через пять метров обнаружилась открытая тонкая дверь, около которой стояла еще одна, на этот раз белокурая продавщица, держа в руках четыре пакета с темными рубашками.
– Можно мне примерить рубашку у вас в кабинете? – спросил Клим, заходя в маленькую, не больше шести квадратных метров, комнату без окон.
Мадам заведующая уже прочно угнездилась в массивном деревянном кресле за узким черным столом, сплошь заваленным бумагами.
Клим, любящий флотский порядок, сделал про себя порицание младшему командному составу. По флотской табели о рангах мадам едва тянула на старшину второй статьи, максимум – на мичмана.
Коленки заведующей выпирали из-под маломерного столика сантиметров на двадцать. Туго обтянутые телесного цвета колготками, коленки прямо притягивали мужской взгляд.
«Где она достает колготки такого великанского размера? – совсем некстати подумал Клим, прикидывая, в какой позе удобнее всего заниматься любовью с этой огромной женщиной.
«Отставить! Думайте о деле!» – одернул Клима внутренний голос.
«Мне очень нравится, что сие помещение без окон – трудно «снимать» внутренние звуки!» – тут же переключился на деловой лад Клим.
– Девочки! Оставьте нас с заведующей минут на пять наедине! – попросил Клим, забирая у блондинки пакеты с рубашками.
– Ой! Я же забыла принести вам куртку! – всплеснула руками та.
– Девочки! Только побыстрее, пожалуйста! – взмолился Клим, протягивая черненькой пятитысячную купюру.
Не обращая внимания на монументально восседающую за столом великаншу, Клим быстро выгреб из карманов куртки упаковку японских звуковых гранат, купленных по случаю, ключи от кабинета и револьвер, недавно отобранный у милиционера.
Пачка пятитысячных купюр и обойма к стволу, который реквизировал Антей, легли на правый конец стола, прямо на пачку накладных.
Из внутреннего кармана был извлечен рулончик долларов и красное удостоверение прикрытия.
Протянув заведующей удостоверение, на обложке которого значилось: «Военная прокуратура», Клим продолжал выкладывать из карманов вещи.
Стреляющая ручка с шестью зарядами боевого отравляющего вещества была реквизирована у якудзи в Гонконге.
С виду – самая обычная многоцветная ручка, но являлась она стреляющим на пять метров газовым пистолетом. Самое замечательное в этой игрушке было то, что стреляла она микроскопическими капсулами, которые взрывались на расстоянии пяти метров от стрелка.
Красный цвет показывал, что в ампулах – специальный полицейский газ. После поражения этим видом газа у людей начинается непроизвольная дефекация, а также мочеиспускание. Какой может быть вояка в обгаженных штанах!
После применения этой ручки в Гонконге Клим настолько уверовал в полицейский газ, что через знакомых ребят в техническом отделе ГРУ достал себе два комплекта зарядов к ручке и теперь чувствовал себя намного спокойнее и увереннее в любой обстановке. Одно дело – всадить пулю в собрата по профессии и совершенно другое – заставить его обгадиться. Противник обезврежен, но тяжкого вреда здоровью не нанесено!
Правда, стоили эти заряды так, как будто они были изготовлены из бриллиантов, но в последнее время Клим считал себя «богатеньким Буратино» и тратил деньги на собственную безопасность, не считая.
Вот и сейчас, снимая рубашку, Клим не стал снимать кевларовую майку, сделанную по специальному заказу. Такая маечка, с длинным рукавом, выдерживала пистолетную пулю. Синяк, конечно, оставался надолго, но главное свое предназначение маечка выполняла безотказно.
Ознакомившись с удостоверением, великанша посмотрела на Клима с уважением и страхом.
«Еще бы! Старший следователь по особо важным делам при главном военном прокуроре Министерства обороны России! Звучит очень весомо!» – самодовольно подумал Клим, снимая с темно-синей рубашки пластиковую оболочку.
Существовала ли такая должность в военной прокуратуре, Клим точно не знал, но действовал документ прикрытия на гражданских и военных чиновников безотказно.
– Обычно удостоверения посторонним в руки не даются, а только показываются издалека. Но, учитывая, что приходится использовать ваш кабинет в качестве раздевалки, я решил нарушить это правило, – усмехнувшись, сказал Клим.
– Серьезный вы оказывается товарищ! – протянула великанша.
Клим принялся надевать освобожденную от упаковки рубашку.
– Сильный вы мужчина! – протянула великанша, глядя, как Клим надевает рубашку.
Обновка пришлась впору.
Быстро прицепив кобуру скрытого ношения, Клим посмотрел на дверь, рассовывая деньги по карманам рубашки.
Кинув взгляд на заведующую, Клим одним движением сунул в кобуру трофейный револьвер и облегченно перевел дух.
В дверь осторожно постучали.
– Давайте быстрее куртку! – приказал Клим заведующей, забрав у нее удостоверение.
Дверь осторожно приоткрылась, и в нее просунулась рука с черной болоньевой курткой с капюшоном.
Надев куртку, Клим рассовал остальные вещи по карманам обновки.
Сделав шаг в сторону двери, Клим остановился, повернул голову в сторону заведующей и попросил:
– Объясните вашим девочкам, что они меня никогда не видели! А сегодня – тем более!
Клим специально сделал ударение на последнем слове, подчеркивая важность происходящего.
Великанша только открыла рот, собираясь вызвать своих подчиненных в кабинет, как Клим опередил ее:
– Беседу проведете в коридоре! Мне надо срочно позвонить! – приказным тоном сказал Клим.
С трудом протиснувшись мимо неожиданного визитера, великанша вышла в коридор, плотно закрыв за собой дверь.
Вытащив из кармана зажигалку, Клим быстро провел ею по снятой куртке.
Лампочка внизу зажигалки замигала синим светом.
«Вот ты где притаился, серый олень!» – обрадовался Клим, поднося зажигалку ближе к ткани.
Огонек неожиданно пропал.
«Знаем мы эти фокусы!» – подумал Клим, снимая телефонную трубку с аппарата и включая громкую связь.
Сильный гудок разорвал тишину кабинета.
Огонек на зажигалке снова загорелся.
«Включается при возникновении звукового сигнала!» – понял Клим, снова медленно проводя зажигалкой по куртке.
О проекте
О подписке