Читать книгу «Головоломка. Как вскрыть нарыв воспоминаний и полюбить себя.» онлайн полностью📖 — Алексея Корнелюка — MyBook.
image

Уровень 4

Навигатор уверено повёл меня по извилистым улочкам, огибая пробки.

Как ловко эта умная штуковина в моём телефоне, выдававшая направления куда ехать, убила желание думать. Вроде я баранку кручу, а последнее слово всё равно за этим милым голосом из динамика моей трубки:

«Через 100 метров резкий поворот направо»

Притормаживая, подъехав к развилке, я машинально посмотрел по сторонам и вывернул руль направо.

Незнакомая улица сменила другую незнакомую улицу и так до тех пор, пока я не услышал: «Вы приехали». Заглушив мотор, я сверил адрес на бланке и начал искать глазами новую точку – «Даолу».

Серые многоэтажки плотными рядами по обе стороны дороги отличались разве что пёстрыми вывесками небольших магазинчиков, занявшими первые этажи домов. Парикмахерская «Мария», канцелярский «Карандаш», ветеринарный «Лохматик», табачный магазин «Дымач».

Споткнувшись глазами о уже третью пивнушку в радиусе 100 метров, я всё никак не мог найти нужную мне вывеску. Ладно, разберусь на месте. Вытащив ключи зажигания, я вылез на улицу и, обходя машину, посмотрел на небо. Тучи очень доходчиво намекнули, что совсем скоро будет мокро, причём сильно мокро. Вытащив с заднего сиденья упаковку журналов, я захлопнул ногой дверь и пошёл в сторону «Лохматика», куда же ещё?

«Лохматик», а, точнее, витрина магазина была залеплена листами А4: «Сногсшибательное предложение – 3 упаковки собачьего корма по цене 2!» Класс…

Жаль собаки нет, так бы взял, конечно. Толкнув дверь всё так же одной ногой, я почувствовал, как в нос ударил запах давно неубранных горшков хомячков, кроликов и кролико-хомячков, которые быстро оживились при виде меня, чего не скажешь о продавце.

– Чем могу помочь? – раздался голос за прилавком.

– Скажите… Вы не подскажете, – взглянув на клетку с живностью, я немного выпал из реальности, – что за несправедливость такая? Почему у хомячков такие здоровские разноцветные колёсики, где они бегают, а у кролика лишь огрызки капусты?

– Да-да? – переспросил продавец.

– Где тут магазин Дао.. что-то там?

– Даолу?

– Да! О-о-олу, он самый, точно. – перехватив руками журнальную стопку, я ещё раз уставился на кролика, а он на меня.

– Вы немного не дошли. Выходите из магазина и поворачиваете направо, до конца дома, пройдёте и увидите небольшой чайный магазин.

Кролик так миленько шевелил усиками и, не отрываясь, смотрел на меня своими грустными глазками, что я просто не мог не спросить.

– До конца, направо, магазин, понял-понял… Слушайте, а… эм… есть у вас в продаже колёса для кроликов? Ну такие же, как у хомячков, только побольше?

Продавец смерил меня взглядом и, опустив брови, сказал:

– Нет они же не хомячки.

– Действительно.

Сжав губы, я попрощался и, мысленно пожелав удачи кролику, вышел из магазина.

На улице закапал мелкий дождик. Сжав голову в туловище, я засеменил по направлению, указанному продавцом.

«Надо кролика завести!» – пронеслось у меня в голове.

Мы с ним похожи как-никак. Только я колёсико могу себе прикупить или… я давно уже бегаю в своём вымышленном колесе, только до конца не понимаю этого.

Пройдя вдоль длинного здания, я занырнул под козырёк магазина, пытаясь ну хоть как-то остаться сухим от всё усиливающегося дождя. С детства ненавидел дождь, хотя больше ненавидел застревать в неподходящем месте в этот момент.

Козырёк оказался не таким большим, и капли холодного октябрьского дождя почти беспрепятственно тарабанили по моей одежде. Вжавшись в дверь спиной, я закрыл глаза, как почти в то же мгновение тяжёлая, на первый взгляд, дверь поддалась назад, и я вместе с ней. Зацепившись правым ботинком о порог, я неприятно шлепнулся на задницу, но, стоит отдать мне должное, удержал коробку журналов в руках.

– Секунду, я сейчас подойду. – послышался голос взрослой женщины из соседней комнаты.

Развернувшись вполоборота на шаркающий звук, я увидел странного вида женщину. Честно признаться, сначала я увидел ступни, обутые в забавные тапочки-собачки с высунутыми розоватыми язычками, и только потом саму хозяйку.

– Ну не стойте в проходе, скорей же заходите, дождь льёт как из ведра. – женщина запереживала и затараторила это не мне, а словно кому-то, кто стоял сейчас в дверном проеме.

Сбросив вбок коробку с журналами, я подтянул к себе ноги и, ухватив рукой дверь, резко захлопнул.

– Ну вот, другое дело. – женщина широко улыбнулась и, не обращая внимания на меня, сидевшего в позе трёхлетнего ребенка, жестом пригласила войти. – Я ставлю чай. Разувайтесь и проходите. – послышался за стенкой её низкий голос и небольшое шуршание.

Сбросив ботинки, я встал и, медленно отряхивая заднюю штанину, пошёл в сторону шума.

В конце небольшого коридора был дверной проём, откуда тянуло легким и очень приятным запахом благовоний.

Зайдя в комнату, я оказался в просторном зале с мягким желтоватым светом от аккуратно висевших китайских фонариков, озаряющих небольшое количество мебели. Во всю стену стоял здоровенный шкаф, похожий на бамбук, с множеством ячеек и надписей. Неподалёку был небольшой прилавок с кассовым аппаратом и весами, а также миниатюрный низкий стол в углу комнаты без стульев.

– Проходите и располагайтесь, я всё почти закончила.

– Но я только пришёл…

Не дав мне закончить, женщина резко развернулась в мою сторону и ещё раз мягко, но в то же время властно повторила:

– Располагайтесь, пожалуйста.

Ладно, располагаться значит располагаться. Я неестественной походкой прошёл к столику, подтянув, как позволяли пальцы ног, ткань носка, скрывая немаленького размера дырку.

Ещё раз посмотрев по сторонам и не обнаружив стульев, я сел к столу и стал ждать

От нечего делать я краем глаза стал поглядывать на женщину.

Она была небольшого роста с приятными чертами лица азиатской внешности. Одета она была просто и как-то благородно что ли… Белый, почти невесомый шёлковый костюм с серебристым поясом вокруг стройного тела.

Положив чайник и неведомые мне ранее предметы на поднос, она подошла к столику, за которым сидел я, аккуратно поставила поднос и, медленно сев и поджав ноги под себя, сказала:

– Вы любите чай?

– Я-я-я? – очень растерявшись, я отвёл взгляд, поняв, почему эта женщина до этого смотрела сквозь меня.

– Да. Вы любите чай? – повторила она и, подхватив одной рукой термос и нащупав на подносе чайник, залила небольшое количество кипятка внутрь.

– Думаю, что да. – теперь я уже не отводил взгляд, а смотрел прямо на женщину, а точнее на её тусклые глаза, покрытые плотной пеленой.

– Так думаете или любите? – она вылила содержимое чайника и ещё раз налила в него, на этот раз, много воды из термоса, от которого красиво поднимался пар.

– Любить и думать, что любишь – это не одно и то же. – улыбнувшись, она подхватила рукой чайник и, разлив содержимое в две небольшие чашечки, продолжила. – Хотя в вашем случае, что вы думаете, уже хорошо… Меня зовут Лиза. Чем я могу быть вам полезна?

Я взял с её протянутой руки свою чашку и сказал:

– Меня зовут Андрей, и вообще-то я к вам по работе… – окинув взглядом помещение, я представил, как же неуместно будут смотреться журналы в этой чайной.

– Да? И что же у вас за работа такая? – она медленно поднесла кружечку чая к губам и, закрыв глаза, сделала первый глоток.

– Я развожу журналы своей компании, и, как мне передало руководство, теперь, вроде как, вы наш новый клиент.

В комнате повисла неловкая пауза, и я последовал примеру Лизы, сделав глоток чая. Слегка обжёг язык, цыкнул и начал с шумом вдыхать воздух через рот.

– Не торопитесь, Андрей, чай не любит суеты. Да и пить чай нужно по-другому. Им наслаждаться нужно, а не опрокидывать в себя, как стопку водки.

Она снова улыбнулась, а мои щёки залились румянцем.

– Подносите чайную пиалу к губам, слегка касаясь их, вдыхаете аромат и делаете маленький глоток, радуясь, что в этот момент вы присутствуете в жизни, а жизнь присутствует в вас…

Решив закрепить урок чаепития, Лиза показала, как нужно это делать.

– А что, если радоваться не получается? Да и чему радоваться-то?

Я нахмурил брови и недоверчиво посмотрел на содержимое своей кружки.

– Так это, Андрей, потому что ты не умеешь радоваться, этому учиться нужно, как и пить чай.

Я достал из кармана телефон и посмотрел на время, на часах было почти 7 вечера. Больше всего в жизни я ненавижу, когда меня учат. В школе натерпелся, хватит!

– Извините, Лиза, но, кажется, я должен бежать, мне уже пора, нужно заехать ещё в одно место.

Я поставил кружку на стол и стал торопливо подниматься.

– Ну пора так пора.

Чувствуя, как потихоньку закипаю, я направился на выход.

– Спасибо вам за всё, журналы я оставил на входе.

Быстро обуваясь, используя указательный палец вместо ложки для обуви, я ещё раз попрощался и выбежал на улицу.

На улице почти стемнело, дождь почти закончился, а чайное послевкусие так и осталось.

Уровень 5

– Учить она меня вздумала. Ага, тоже мне, Пифия на минималках!

Я шёл до машины, выругиваясь вслух и совсем не обращая внимания на лужи и хлюпающую воду в ботинках.

– Кружечка, глоток и причмокивание это дурацкое! И чай этот дурацкий! Что мешает пакетик забросить в стакан и залить кипятком?! Ну не-е-ет, надо же всё превратить в какое-то представление.

Обходя машину, я рывком открыл дверь, запрыгнул и с грохотом её захлопнул. Перебирая желваками, я размышлял, что дальше. Макс уже должен был освободиться, но остались эти долбаные разбросанные журналы по всем задним сиденьям.

В боковое зеркало я увидел какающего пса с таким видом, словно он меня осуждает, и его хозяина школьника-переростка, уткнувшегося в телефон.

Да что этим животным от меня надо? То кролик с усами своими, то этот пёс… который уже потерял ко мне интерес и стал энергично выкапывать передним лапками ямку.

Беру телефон, звоню Максу и ставлю на громкую связь. Решу по ходу пьесы.

– Да. – раздался лаконичный ответ моего друга.

– Ты освободился? Мне срочно нужно пропустить через себя пол бутылки чего-нибудь вонючего и терпкого. От чего на утро буду жалеть, что напился в стельку, а мог бы в говно.

Пёс уже убежал, и вместе с ним мальчик-телефон.

– Слушай, Андрюх, ещё часок нужен. Тут завал такой, что я вообще зашиваюсь, даже пожрать не успеваю. Давай так. – он сделал паузу. – Я постараюсь быстрее, но не обещаю. Встретимся в 20:30 на входе в Маяк.

Уронив голову на руль, я выдавил из себя

– Ладно.

Я наощупь попытался взять телефон, чтобы сбросить вызов.

– Но не вздумай без меня проходить фейсконтроль! У тебя всегда с этим проблемы, лицо твоё детское и…

Я нажал на сброс.

Достал со своим лицом детским. Посмотрю, как он запоёт об этом, когда нам будет за 50.

Так, в запасе оставалось час двадцать. Не довезу остатки журналов – премии не видать.

Растерев ладошки от холода, я завёл машину и, пока она отогревалась, решил посмотреть, где последний адресат.

Радует, что ехать не так далеко, навигатор показал минут 10.

– Развернитесь и 200 метров по прямой. – заговорил со мной навигатор.

– Так точно, капитан! – отдав честь моему штурману, я до упора выкрутил руль и выехал на противоположную дорогу, всецело доверившись навигатору. Впрочем, как всегда.

«Вы приехали»

Вырвавшись из облака своих мыслей, я, притормаживая, стал искать свободное парковочное место. Большинство работяг уже вернулась с работы и оставило свои машины под окнами многоэтажек. Сделав два круга, я резво встал на единственное свободное место со знаком для инвалидов и вылез из машины. Открыв заднюю дверь, я стал собирать все валяющиеся журналы в кучу, надеясь найти ещё одну печеньку. Не один Макс не поужинал сегодня.

Плотно обхватив руками растрепанную пачку, я быстрым шагом под урчание желудка направился в сторону последнего объекта. В накладной значилось, что это будет антикварный магазин.

Чёрт! Только сейчас вспомнил, что я не получил от Лизы роспись. Но возвращаться к ней сейчас? Ну уж нет! Пробегая взглядом по сторонам, я быстро нашёл нужную мне вывеску с крупными буквами «Чердак – антикварный магазин»

На улице совсем стемнело, и приходилось очень внимательно смотреть, что находится под ногами. Одинокий фонарь, стоявший в конце дома, освещал только малую часть улицы, и сломать ногу я точно не хотел.

Добравшись до магазина, я положил журналы на приподнятую коленку и, стоя на одной ноге, чтобы удержать баланс, потянул за ручку. Дверь без усилий распахнулась, и, перехватив руками журналы, я шагнул внутрь и на мгновение потерял дар речи.

Тут яблоку негде было упасть! Вокруг было столько вещей, что я не мог сфокусироваться на чём-то одном. К потолку были подвешены старые сковородки, кофейные турки, поварёшки и множество люстр, которым на вид было лет 100! Единственное место, куда можно было вступить – это тонкая тропа, ведущая к центру комнаты.

С левой стороны стояли комоды, на комодах вазы, а на вазах кулоны, подвески и бусы. Словом, женские украшения, названия которых я просто не знал. Справа же стояли пыльные шкафы с книгами в кожаных переплётах, глобусы, завёрнутые в пергамент, картины, статуэтки, портсигары, бинокли, шкатулки и конверты с письмами.

Аккуратно пробираясь между этими вещами, я пытался найти хоть одно свободное место, куда кину свои журналы.

– Есть тут кто? – сказал я, вертя головой из стороны в сторону и разглядывая чудаковатые вещи.

Увидев небольшой проход в соседнюю комнату, я проследовал туда в поисках хозяина. На уровне головы висела старая бархатная бордовая штора, от чего пришлось хорошенько наклониться, чтобы пролезть внутрь, ничего не выронив из рук.

В небольшой комнате находился не по размеру здоровенный стол, зелёная лампа, которая скорее не освещала, а была декоративной, и старик, громко храпевший, от чего всё его тело слегка сотрясалось при каждом выдохе.

Слева от себя я увидел небольшой столик, на котором лежали шахматы и выпитая бутылка чего-то крепкого, и решил положить журналы там.

Подойдя ближе, я наклонился, чтобы сбросить груз, и, не удержав верхний журнал, уронил ровно на шахматную доску, которая издала громкий звук.

Моментально храп прекратился и раздался громкий, слегка хрипловатый голос старика.

– А?! Тебе чего надо?

Не зная, что ответить, я стоял в полусогнутой позе.

– Глухой что ли? Тебе чего надо, говорю?

– Я… журналы принёс.

– А мне они зачем? Бери их и проваливай отсюда.

– Подождите, вы меня неправильно поняли, я работаю…

– Тебе чего не ясно? – старик насупился и грозно посмотрел на меня. – Я сказал бери их и проваливай отсюда. У меня тут только покупатели, а не торговцы журналами.

Я прикрыл глаза, чувствуя, что снова закипаю, но на этот раз иначе. Не отдам журналы – премии не будет.

– Да слышу я всё! Я тут по работе, журналы оставлю и ухожу! – заорал я на него в ответ.

Старик от неожиданности округлил глаза и удивлённо посмотрел на меня.

– А ну, пошёл вон от сюда, щенок! Свой магазин откроешь и будешь свои правила устанавливать! У меня тут только покупают. – он встал со стула и угрожающе положил руки на стол. Только сейчас я разглядел старика детальнее. Он был огромный! Не толстый, а именно огромный! Скала практически.

В голове промелькнула хитрая мысль. Ай, была не была!

– А я, может, и покупатель тоже! Вот сейчас возьму и что-нибудь куплю.

Я деловито стал расхаживать по комнате, прищурив глаза.

– Вот это, например, сколько стоит? – я подошёл ближе к столу и взял небольшой шарик изумрудного цвета, который оказался весьма тяжёлым.

– Не продаётся. – дедуля скрестил руки на груди, но уже перестал смотреть на меня как на воришку или угрозу.

– А это? – я встал обратно на место, где ещё несколько минут назад разбудил деда, и указал пальцем на шахматную доску.