Транспортная капсула заходила на посадку. Не было каких-то перегрузок или пологого вхождения в атмосферу Арены. Наш мини-челнок влетел в нее под прямым углом и на большой скорости устремился к поверхности. Лишь в нескольких секундах перед поверхностью скорость снижения резко упала. При этом мы вновь не испытали никаких перегрузок.
– Дядь Федь, что-то мне совсем не нравится эта планета, – подавленно проговорил Михаил, глядя сквозь прозрачную полусферу капсулы.
И я был с ним полностью согласен.
Мы приземлились на небольшом плато, окруженном острыми пиками скал, словно нависающими над нами. Все было покрыто чем-то голубовато-серым, отдаленно похожим на снег. И это нечто порой поднималось порывами ветра, кружась в воздухе небольшими смерчами, или же неслось пылевым облаком в какую-то одну сторону. Местами проступала поверхность плато красного, почти бордового цвета, но ее тут же затягивало голубым то ли снегом, то ли песком. И весь этот пейзаж дополняло небо, обложенное тяжелыми, хмурыми тучами.
В капсуле раздался щелчок, и вместо прозрачной обзорной полусферы появилось изображение давешнего инопланетянина-шмеля, который заговорил:
– Снова приветствую вас, гладиаторы! Если вы видите и слышите меня, вам повезло. Значит, вы были достаточно умны, чтобы дождаться приземления, прежде чем начать уничтожать противников. Ну да это не главное. Запоминайте! – Мохнатый заговорил более серьезно: – Сейчас запустится обратный отсчет, по окончании которого капсула взорвется. За время, пока таймер работает, вы должны успеть найти себе убежище, пропитание, воду и прочие необходимые вещи. В контейнере с вашими личными вещами имеется универсальный анализатор, настроенный на ваш вид. Благодаря ему вы сможете определить, не ядовита ли для вас найденная пища или жидкость. За дыхание не беспокойтесь, после изъятия вам всем установили в органы дыхания фильтры, позволяющие дышать воздухом Арены. Также в контейнере вы найдете универсальный пищевой рацион и емкость с водой, которых вам как раз хватит, пока идет отсчет. Так что если вы не охотник, а растительную пищу на Арене добыть невероятно сложно, вам остается только одно: убивать других гладиаторов и употреблять их в пищу. Как только я закончу говорить, капсула откроется, и вы сможете выйти наружу. Да начнется Игра!
С последними словами экран погас, вновь превратившись в прозрачную полусферу, а от входного шлюза раздался щелчок и шипение стравливаемого воздуха. Страховочные ремни тоже ослабли и втянулись в кресло, позволяя спокойно встать.
Я тут же привстал, огляделся. Над шлюзом обнаружил небольшой монитор, на котором нашими земными цифрами шел отсчет таймера. Нам оставалось наслаждаться относительным комфортом целых тридцать шесть часов, а затем придется искать новое убежище.
Спрыгнув с кресла, я приблизился к шлюзу, который тут же раскрылся, впуская внутрь холодную атмосферу планеты. Выглянув наружу, посмотрел по сторонам, оценивая обстановку вживую, а не через стекло. Навскидку градусов пять-шесть по Цельсию, не выше, что меня порадовало, все же не минус.
Сзади раздались сдавленные хрипы, заставившие меня оглянуться. Гуманоида, привязанного к основанию консоли, корежило не по-детски. Вылезшие из черепа глазные яблоки, мутная пена изо рта, тело дергается в конвульсиях.
– Капец котенку, – будничным голосом произнес я, склоняясь над скончавшимся серомордым.
В голове промелькнула мысль: «Вот передо мной лежит труп разумного, а я совершенно не напрягаюсь по этому поводу». Быстро развязал веревки, оттащив тело на свободное пространство, и принялся снимать с трупа комбинезон. В хозяйстве все пригодится, к тому же у Мишки на ногах какие-то убитые кроссовки, а у покойника добротные ботинки, и размер, на глаз, подходит моему подопечному. Михаил тем временем тоже встал с кресла и с любопытством разглядывал, чем я занимаюсь.
– Чего смотришь – видишь, у него дыхательные фильтры не той системы оказались. Снимай ботинки, трофей мерить сейчас будешь.
– А нам точно ничего за него не сделают? – Парень с усердием стал стягивать обувь с ног мертвеца, пока я с трудом нашел подобие молнии, чтобы расстегнуть одежду. Еле нащупал собачку, за которую потянул от шеи вниз, распахивая комбинезон.
– Смотри, что это у него тут! – В набедренном кармане обнаружилась коробка, в которой располагалось десять ампул и пневмошприцов. – По ходу, этот крендель на лекарстве каком-то сидел, или это дурь какая-то. Ну-ка, где у нас тут анализатор?
Нужный прибор оказался в контейнере и напоминал здоровый смартфон, только толщиной сантиметров в пять. Я вытащил одну ампулу из коробочки и направился к шлюзу, который вновь открылся при приближении. Оказавшись вне капсулы, я бросил ампулу на небольшой участок скалы, очищенной от голубого песка, и раздавил ее каблуком. Тут же поднес к осколкам анализатор, осторожно окунув металлический стержень, торчащий с торца прибора. Пара секунд – и на дисплее высветилась надпись на великом и могучем:
«Анализ закончен. Мощный стимулятор, временно повышающий ваши возможности двукратно. Эффекты: стопроцентное повышение ваших физических и умственных показателей на два часа; стопроцентное утоление голода, жажды, иных физических потребностей на весь день. Побочное действие: при употреблении чаще одного раза в день – полный упадок сил».
Ну надо же, какая полезная вещь оказалась у серомордого в кармане. Я направился обратно в капсулу, из открытого прохода которой на меня смотрел напарник, зябко ежась. Еще бы, это я в «горке», она плотная, плохо отдает тепло тела, а парень – в спортивной хэбешке.
– Камрад, ты чего тепло на улицу выпускаешь? Живей внутрь! – сказал я, заходя в наше временное жилище. – Повезло нам, еще как минимум четыре-пять дней плюсом к нашей сытой жизни только что добавилось. Давай продолжим раздевать этого Деда Мороза, может, еще чего полезного снимем с него.
Полезного, кроме одежды и обуви, больше ничего не нашлось. Под комбинезоном было лишь нательное белье, которое мы снимать не стали, – нужно и меру знать при глумлении над покойным. Михаил наотрез отказался надевать комбез без верхней одежды. Но когда все же облачился в него и трофейные ботинки, мы увидели еще одно техническое чудо. Одежда и обувь слегка изменили форму и размер, сев на парне так, словно специально для него создавались.
– Дядь Федь, это офигеть как круто! – Обрадованный пацан сгибал и разгибал руки, приседал, испытывая обновки. – Очень удобно, комбез сам растягивается где надо.
– Ну вот и носи на здоровье. Теперь доставай ту палку, которой меня этот хотел приголубить, – кивнул я на труп. – Думаю, она далеко не так проста, как кажется на первый взгляд. Глядишь, и из нее выйдет толк, помимо ударно-прикладного. В смысле с размаху к чьей-нибудь голове прикладывать.
Штырь оказался действительно непростым. Ну не будет же высокоразвитый гуманоид таскать с собой металлический шестигранный обрезок полметра длиной с удобной, похожей на резиновую, рукояткой. Взяв протянутую Михаилом дубинку, я повертел ее в руках. Ничего так, удобно держать, если такой ударить, мало не покажется, с килограмм весит примерно. На поверхности отсутствуют какие-либо кнопки или рычажки, все гладко, кроме слегка ребристой рукояти. Протянул Мише.
– На, держи, будет твое основное оружие. Давай-ка труп на холодок вытащим и будем контейнер потрошить, – проговорил я, хватая нашего неудачливого пассажира за тонкие лодыжки.
Освободив помещение от тела, наконец-то принялись за осмотр личных вещей, а также набора выживальщика, предоставленного компанией «В ад». Первым делом осмотрел ПМ, который меня, на удивление, порадовал. Тщательно вычищенный и ухоженный, чего никак не ожидал от бывшего его хозяина. В магазине два патрона, что не очень порадовало, ну да на безрыбье, как говорится, и рак рыба. Поставив оружие на предохранитель, отправил его за спину, за ремень.
Далее вытащил топор. Хороший такой, добротный топор, еще советского производства, даже клеймо на топорище, датированное семьдесят восьмым годом. Что характерно, тоже чистенький, хоть бы пылинка на нем нашлась. Лезвие аж блестит, отражая элементы освещения капсулы.
Меня тут же посетила мысль: наш прозрачный иллюминатор – он же как фонарь светит! Интуитивно бросился к консоли между креслами. Быстро разобравшись с сенсорной панелью, благо все на русском, я сделал полусферу непрозрачной. Миша с недоумением смотрел на мои действия.
– Миша, мы с тобой идиоты! Свет видно метров с пятисот даже при таких погодных условиях. Может, к нам уже подбирается какая-нибудь жаба с противотанковой пушкой! – Закончив объяснения, продолжил осмотр трофеев.
Нож, которым один из придурков размахивал передо мной, оказался откровенным хламом. Самопальный, из какой-то нержавейки, явно кто-то криворукий делал. А вот свой, небольшой складень в кожаном чехле, я сразу прицепил на пояс, где он и был раньше. Далее вытащил две зажигалки, свою «Зиппо» положил в карман, Мише протянул его пластиковую, китайскую, вместе с помятой пачкой «Бонда».
– Зажигалку не используй без дела, это теперь стратегический ресурс. И курить пока не стоит, хрен его знает, может, среди гладиаторов есть такие, что запах за три версты учуют.
Парень выглядел спокойным, видимо, еще не проникся ситуацией. А вот я осознал, в какой заднице мы оказались. В полной, прямо скажем.
Выудив из контейнера два брикета индивидуальных рационов и емкость из твердого пластика литра на два, в которой плескалась жидкость, я выгреб оставшуюся мелочевку. Гаечный ключ десять на двенадцать, видимо, валявшийся в моем кармане, початую упаковку «Орбита», две иголки, шпульку с черными нитками – есть у меня привычка, оставшаяся еще со срочной службы, всегда таскать с собой швейные принадлежности. И напоследок вытащил пять мятных леденцов, которые ношу с собой все по той же старой армейской привычке, – хорошо помогают при лежке в засаде. Да и после трубки, если раскурил неудачно, что даже со мной иногда бывает, мятная конфета – самое то! Странно, что смартфонов не оказалось в контейнере, ведь и у меня, и у Миши трубка была с собой, это я точно помню. Неужели посчитали высокотехнологичным изделием? Ну да ладно.
– Да, Михаил, негусто у нас с личными вещами. Держи, твое. – Я протянул парню жвачку и трофейный нож.
Рационы распихал по набедренным карманам с клапанами, нитки с ключом положил во внутренний, а иголки воткнул в кепку, туда, где они и были до этого. Флягу повесил на пояс, продев ремень в специально проделанную для таких целей прорезь. Анализатор вручил Михаилу – мне как основной боевой единице не стоит носить одно из самых важных для нашего выживания приспособлений.
– Ну что, Михаил, готов пройтись по вражеским тылам? Языка возьмем, узнаем, где у вражины склад с боеприпасами, и устроим диверсию. – Видя недоумение на лице парня, я усмехнулся: – На разведку, говорю, пошли. Нечего рассиживаться, времени у нас на адаптацию совсем нет.
– Дядь Федь, ну и шутки у вас, – улыбнулся пацан. – Я уж решил, вы умом тронулись.
– Не дождешься! И не в таких переделках бывал. Как-нибудь расскажу тебе, как мы с другом в горах в окружение попали, вот там я думал – нам точно кранты. Но ничего, живой, как видишь. Другу, правда, колено прострелили, но он тоже не унывает, крутится потихоньку.
Выйдя из капсулы, мы как следует осмотрелись и двинули к самым дальним скалам километрах в пяти от нас. Михаил тут же сообщил, что комбез словно согревает его, что меня очень порадовало. Я вполне мог продержаться на таком холоде какое-то время, хотя в первую очередь тоже стоило озаботиться теплой одеждой.
Так, легким бегом, мы преодолели километра два-три, периодически осматриваясь на местности. Когда приблизились к скалам, стал виден широкий разрыв в кольце, окружающем плато. Отлично, не придется изображать альпинистов.
Первым чужую капсулу обнаружил Михаил. В отличие от нашей, она приземлилась вплотную к скале, и ее уже частично занесло голубым песком. Пассажиры в ней оказались не столь разумными, как мы, – вовсю освещая скалу, к которой капсула стояла носом.
– Так, Миша, ну-ка спрячься вон за тем валуном и сиди тихо, пока я не позову тебя, – проговорил я негромко.
Парень послушно укрылся за обломком скалы, поглядывая оттуда на транспорт чужаков. Убедившись, что напарник послушно выполняет мой приказ, я, используя любые укрытия, двинулся в сторону условного противника, сжимая в одной руке пистолет, а в другой – топор. Приблизиться удалось вплотную к капсуле, оставшись незамеченным. Встав сбоку от шлюза, я прислушался. Изнутри доносился какой-то шум, скрип и узнаваемое стрекотание. Такие звуки издавали жуки-переростки, мимо которых я проходил, когда протискивался сквозь огромную толпу гладиаторов к землянам.
Поразмыслив, я подобрал несколько камней размером с кулак и подбросил их одновременно над убежищем инсектов, как я их про себя обозвал. Раздался дробный стук по поверхности капсулы, и внутри на несколько секунд все стихло. Затем послышались звуки, словно кто-то скребет по железу, и шлюз распахнулся. Я покрепче перехватил топор, наведя пистолет перед собой. Большой жук, напоминающий рогача, передвигаясь на задних лапах, выскочил на меня неожиданно резко. Я машинально нажал на спусковой крючок. Гулкий звук выстрела разорвал относительную тишину, ранее нарушаемую лишь завыванием ветра. Нежданный противник опрокинулся на спину, застыв без движения, пуля попала точно в рогатую голову, прошив ее навылет. Помня, что соперников должно быть двое, я, прижимаясь к капсуле, двинулся в сторону шлюза, про себя отметив, как из лап убитого жука вывалилась какая-то трубка, очень напоминающая оружие. То, что я не остался на месте, да еще и окрик Михаила, меня и спасло.
– Сверху! – испуганно заорал напарник, и я ускорился, укрываясь за изгибом борта капсулы.
Сзади раздался какой-то свист, а за ним – треск раскалываемого камня. Развернувшись лицом к противнику, я увидел еще одного жука, раза в полтора крупнее первого. Последняя пуля, выпущенная с расстояния в три метра, попала в оружие врага, которое он пытался на меня навести. Трубу выбило из лап жука, и он, не зная, что стрелять мне больше нечем, кинулся в рукопашную. Я едва успел уклониться от удара мощных рогов, от души рубанув топором по одной из лап, снеся ее напрочь. К сожалению, это не остановило противника: крутанувшись на месте с невероятной скоростью, он вновь нанес удар, сбив меня с ног боковым ударом головы. Тут же напрыгнул, пытаясь пронзить мое тело рогами, но мне удалось ухватиться за них руками, правда, при этом пришлось выпустить топор.
В сражении образовалась патовая ситуация. Жуку не хватало сил продавить мою защиту, а я не мог освободить руку, чтобы нащупать топор и вломить проклятому членистоногому промеж рогов. Я лежал и думал, сопротивляясь напору противника, кто из нас первым даст слабину – я или слабеющий от ранения жук. Но точку в нашем противостоянии поставил Михаил.
– На, тварь, получай! – раздался звонкий крик парнишки, затем у меня в глазах полыхнуло малиновым заревом, и давление на руки резко пропало.
От неожиданности я с силой отшвырнул жука от себя, с недоумением подметив резко уменьшившийся вес противника. Вскочил на ноги и охренел.
В шаге от меня с испуганным выражением лица стоял мой напарник, а в его побелевших от напряжения пальцах был зажат хлыст метра два длиной. Хлыст был не простой, что подтверждало разрубленное надвое тело жука. На местах среза шел сизый дым и воняло паленым мясом. Неудивительно, учитывая, что хлыст полыхал, словно раскаленный металл, частично вплавившись в каменную поверхность. Парень вдруг, словно осознав, что может обжечься, разжал пальцы и отпрыгнул в сторону от неизвестно откуда появившегося оружия, достойного какого-нибудь демона-лорда. На наших глазах хлыст съежился, превратившись в хорошо знакомый рычаг, который я самолично назначил основным оружием напарника.
– Миша, я не знаю, как ты такое смог сделать, но это было офигенно вовремя!
Планета Земля, Российская Федерация, Кемеровская область, г. Прокопьевск
Последние две недели Светлана ходила словно в тумане. Началось все с того, что пропал ее брат. Тревогу забила дочка, которой Федор обещал прибыть на день рождения одним из первых. Затем отцу позвонили из полиции, сообщив, что сына объявили в розыск за тройное убийство. Праздник превратился в томительное ожидание, наполненное переживанием за родного человека. Потом везде оборвалась связь. Благо мать с отцом давно приехали к Светлане, поэтому новых переживаний особо не добавилось. Разве что вызвало недоумение странное сообщение, транслируемое по всем каналам телевидения и радио. Сегодня утром все восстановилось, и жизнь пошла по прежнему руслу, разве что по федеральным каналам началась трансляция какого-то безумного шоу.
Как и предыдущие несколько дней, Света сидела на диване, уставившись в одну точку. Пропажа Федора, одного из самых близких людей, сильно выбила ее из обычного ритма жизни. Нет, она не начала пить или кидаться из крайности в крайность, просто на молодую женщину навалилась апатия.
Телефон звонил уже в третий раз, когда Светлана наконец-то услышала его. Звонок был от мужа, который сейчас находился на работе. Сердце сжалось от предчувствия – неужели есть информация о брате?
– Да, любимый, что-то случилось?
– Светлячок, срочно включи телевизор на первый канал! Там… Ты не поверишь! Скорее только, иначе поменяют сюжет! Это охренеть просто!
Муж редко бывал в таком возбуждении, видимо, действительно, случилось что-то необычное.
Светлана застала концовку видеоролика. В этом видео брат, одетый, по своему обыкновению, в костюм рыболова, находясь в странном, необычном месте, разговаривал с молоденьким парнишкой, а у его ног лежало разрубленное надвое тело гигантского жука. Свете повезло, что она сидела на диване. Увиденное стало последней каплей, добавившейся к событиям последних дней. Светлана глубоко вздохнула и на выдохе потеряла сознание. Организм тридцатичетырехлетней женщины решил, что напряжение достигло недопустимых пределов, и включил защитный механизм.
Неизвестная планета, метрополия
Личная резиденция одного из Первых игроков
– У нас был уговор: кто совершит первое убийство без потерь со своей стороны, тот получит существенный бонус, который поднимет рейтинг игрока значительно выше остальных. Меня не волнует, каким образом у него оказался плазменный хлыст, это недосмотр распорядителей, с них и спрос! Я всего лишь требую выполнения обязательств, ведь если вы не выполните требования, то ставки вслепую потеряют весь интерес. Надеюсь, вы догадываетесь, как сильно пострадаете при невыполнении нашего договора? Рад, что вы поняли!
О проекте
О подписке