И ты не успеешь даже вымолвить «Ой»,
Эй, живая мишень, не верти головой!
Кошмар начался необычно.
Я вновь оказалась в каком-то странном пространстве, в невесомости. Но в отличие от прошлой ночи тут была не мгла, а какой-то странный предрассветный сумрак.
– Пока не страшно, – очень глупо и смело заявила я, заинтересованно вертя головой.
– Да? – мрачно поинтересовались у меня в ответ.
Я резко развернулась, но не учла особенности невесомости и отлетела в сторону, кувыркаясь. На то, чтобы прийти в вертикальное положение мне потребовалось некоторое время.
– Цирк, – крайне недовольно резюмировал все тот же голос.
– А то, – с веселой злостью ответила я, наконец разглядев в отдалении фигуру в бесформенном балахоне. – Культурная программа у тебя бедновата. Приходится самой вносить креатив.
– Бедновата, говоришь? Сейчас исправим!
Сумрак полыхнул ослепительным белым светом и я со стоном закрыла лицо руками. Глаза болели просто невыносимо.
Садист чертов.
Когда я отняла руки от лица, то обнаружила, что вернулась гравитация, и я лежу на кровати. Кровать оказалась, своя, родная.
– Это все? – неверяще поинтересовалась я у пустого потолка. Там даже глаз не было.
Ничего не понимаю. Он меня отпустил?
Потерла подбородок. Хм-м-м, а где гарантия, что я все еще не во сне?
По Кастанеде, признак того что ты спишь – какие-то дефекты рук. Больше или меньше пальцев, они короче или длиннее. Вспомнив заветы философа – включила свет и посмотрела на свои руки. С ними должно быть что-то не так.
Мягкий медовый свет ночника залил постель, меня на нем, пижаму в совушках и… мои чересчур длинные и когтистые пальцы. Я задумчиво перебрала ими в воздухе.
Значит, сон. Новый виток кошмара.
Но я уже не та насмерть перепуганная девочка, какой была в начале всех этих приключений. И еще, теперь я осознаю, что ему от меня нужно. Страх, безнадега, ужас. Ну что же… предупрежден – значит вооружен! Господин Кошмаров – у вас ожидается голодный паек!
В общем я наслаждалась боевым настроем! Недолго. Секунд тридцать.
Пока за окном медленно и торжественно не пролетела летающая тарелка. Я подавила желание протереть глаза. Тарелка вновь, мигая огоньками проплыла в отдалении, а после ненадолго зависла и, развернувшись, поплыла к моему окну. Ставни с грохотом распахнулись, почти «с мясом» вырывая щеколды из пазов, взметнулась тюль, и по полу комнаты зашарил луч. Память покопалась в просмотренные фильмах про иноплаланетян и любезно подсказала, что именно такой штукой несчастных землян и затягивают в недра космических кораблей.
Инстинкт самосохранения, который был при мне даже во сне, робко подсказал, что неплохо бы проснуться или хотя бы спрятаться вооот в том углу!
Не успели! Пятно света хищно запрыгнуло на постель, а после перетекло на меня. Я ощутила, как тело обмякло, и осела на простыни, не в силах пошевелить пальцем, повернуть голову… высказать все свое матерное отношение к ситуации.
Неведомая сила подняла меня и потащила к окну. Глядя на приближающийся ко лбу косяк, хотела было малодушно зажмуриться, но слава богу не пришлось. Пятно затормозило, развернулось и аккуратно выплыло на улицу. Я мигом вспомнила, что живу на четырнадцатом этаже и падать, если что – безумно высоко.
Но обошлось. Я, в пижаме и одеяле медленно и величественно плыла к инопланетному кораблю. Зная сноходца – на эксперименты и мучения, не иначе.
Но если вспомнить мой последний сон…
Ад явно воплотился совсем не так, как задумывал господин моих кошмаров. Скорее всего так случилось потому, что я наконец перестала его бояться. Сны мои. Хозяйка в них – я. Разум заменил ужасы на юмор? Есть же присказка о том, что сложно бояться того что смешно.
Я окинула летающую тарелку долгим взглядом и усмехнулась.
Кошмарика ожидает сюрприз. Он не знает какое дикое количество литературы написано на тему великой любви между землянками и инопланетянами!
Если бы могла – точно бы разразилась злодейским смехом.
Теперь я смотрела на приближающуюся летающую тарелку с алчным интересом.
Видимо, сноходец не продумал как эта штука должна открываться, а потому я просто обнаружила себя в просторном, обитом металлом помещении. Зал для переноса?
Меня чувствительно приложило о пол, когда исчез лучик и выровняв дыхание, я с кряхтением встала, потирая ушибленную поясницу.
Вокруг столпилась инопланетная делегация. Делегация была так потрясающе страшна, что я мысленно восхитилась больной фантазией Сноходца.
Щупальца, слизь, многа-многа противных глазок даже без ресничек.
Судя по всему, творец этого ужастика особо не заморачивался и сделал своих инопланетян похожих на все сразу. У них даже клювы и копыта были!
– Человечка! – презрительно щелкнул жвалами ближайший инопланетянин. – Мы принесли тебя сюда для того чтобы…
Я встала в величественную позу, завернувшись в одеяло на манер римской тоги, и пафосно воскликнула:
– Я все знаю!
– Что? – недоверчиво моргнул на меня всеми шестью глазами со страшной морды ближайший космический осьминожка.
– Все, – доверительно сообщила ему я. – Ведите к капитану! Ему больше незачем скрывать свои чувства. Я ведь знаю, что он украл меня как раз для того, чтобы жениться и ни в чем себе не отказывать. В смысле, мне ни в чем не отказывать.
Ба-бам-с! Клювики у осьминожек отвисли.
– Это как?
– А вы считали, что меня сюда для опытов притащили? Дура-а-ашки, – я игриво потрепала по голове ближайшего жутика и приказным тоном спросила: – Где тут дверь?
– Там… – щупальце ткнуло в ближайшую стену, та тут же засветилась и явила миру проход.
– Все за мной, – я решительно закинула на плечо сползший было конец одеяла и зашлепала босыми ногами к выходу.
Антураж космического корабля, к сожалению, не отличался особым разнообразием. Тусклый свет, светло-стальные коридоры, лампочки и периодически встречающиеся члены экипажа. Первыми я заметила огромных, похожих на горилл очень накаченных ребят в мундирах. Не успела эта компашка открыть клыкастые пасти, чтобы выдать что-то по сценарию, как я ускорила шаг, зыркнула на них из-под растрепавшейся челки и ка-а-ак рявкнула:
– Почему бардак на корабле?!
Военные прижались к стене, встали навытяжку и, козырнув, ответили:
– Никак нет, все хорошо!
– Во-о-ольно, – процедила я, глядя на них с нехорошим прищуром. Космические вояки нервно сглотнули. – Но чтобы больше не повторялось!
И пошла дальше! Ай да, я! Ай да, молодец! Ай да отсутствие логики в женских снах!
К рубке мы подобрались довольно быстро. Пока шла, продумывала, на что заменить ужастиков, занимающих главенствующие роли на этом корабле.
В данный момент этот сон точно под моим контролем и я могу в чем-то влиять на то, что тут происходит. Вопрос, в каких пределах, конечно.
Пусть у нас в рубке ребята посимпатичнее уже встреченных сидят, ладно?
Двери с шипением разъехались, я вошла в помещение и… выпала в осадок.
В кресле напротив меня сидел… сидел просто очешуительной прелести блондин!
А дальше было… «посмотрите направо, взгляните налево»!
Справа за навигаторским пультом находился высокий, мускулистый брюнет, который сосредоточенно любовался на голографическую карту и нервно постукивал по голенищу сапога… хвостом! Ей богу хвостом!
Слева, заложив руки за спину и что-то набирая в планшете стоял четырехрукий рыжий мужчина с убранными в косу волосами. В моих глазах его не портили даже лишние конечности!
И все трое в белой военной форме, которая очень напоминала мне парадную форму русских морских офицеров.
В общем, любимый цвет, любимый размер. Виагра космического разлива!
Я метко шлепнула рукой по панели, закрывающей дверь, и она встала на место, отрезав меня от щупальцеобразных ученых и оставляя наедине с тройной дозой прекрасного.
– Вы кто? – взглянул на меня небесно-голубыми глазами блондин.
– А вы кто? – задала встречный вопрос я, с печалью вспоминая о своей моногамности. Но я – русская женщина, а русские добром не разбрасываются.
Хищно оглядев сексуальную троицу, я как раз прикидывала, кому из них повезет быть капитаном, а какие будут любить меня всю оставшуюся жизнь!
Ну а что мелочиться? Когда еще получится так знатно потроллить гаденыша, который организовал мне все это?
– Я – старший помощник, – наконец проговорил блондин.
– А я – Мила, – сделала ручкой в ответ и придержала начавшее было сползать одеяло. – Очень приятно.
– Старший пилот к вашим услугам, – элегантно поклонился мне четырехрукий.
Я развернулась к хвостатому. Ага… а это, стало быть…
Дверь с шипением открылась и в рубку ввалилась делегация кошмарных ученых.
– Капитан, мы не виноваты! Она сама!
Он лишь поднял руку, призывая команду к молчанию. Все разом заткнулись, с трепетом наблюдая за тем, как капитан заканчивает прокладывать курс.
Когда закончил, мужчина развернулся в нашу сторону и спокойно спросил:
– Почему лабораторный материал бегает по кораблю?
Я злобненько прищурилась. Странно, что он не спешит соответствовать придуманному мной сценарию.
– Можно уж не скрывать, – со вздохом протянул рыжий, вновь что-то читая в своем планшете. – Капитан, все уже знают, что вы привели свою избранницу!
Я радостно хлопнула в ладошки и с торжеством воззрилась на брюнета. Он же глядел на меня с любопытством.
– Какие интересные мозговые отклонения… И навязчивые идеи. Притом заразные, экипаж тоже начинает этим страдать.
Черт… в каком месте моя сказочка по мотивам космического романтического фэнтези пошла не по плану? Инопланетный принц так и норовит сплавить свою прынцессу в места не столь отдаленные под заботливую опеку местных вивисекторов.
Вывод? Что-то не так с принцем. Но попробуем еще!
Я выжидательно посмотрела на светловолосого помощника капитана и тот не замедлил как следует подставить начальство.
– Разве это не та девушка, на которой ты хотел жениться?
Мы все дружно посмотрели на хвостатого. Он на нас и судя по взгляду – жениться не хотел.
– С вами все хорошо? – я посмотрела на «любимого» со страданием и беспокойством во взоре.
Надо же продемонстрировать заботу о ближнем своем. Такие проблемы с памятью! И натолкнуть остальных на мысль о том, что конечно же с начальством все плохо!
– Сколько он не спал? – повелительно спросила я.
– Трое суток. Совсем заработался, – немного подумав ответил блондин. – Он нам про вас рассказывал.
Конечно рассказывал. Я же так ХОЧУ. А это мой сон.
Со всех сторон раздались обеспокоенные возгласы команды и разнообразные рекомендации. От того, что капитану стоит прямо сейчас пройти медицинское обследования, до особо смелых предложений отстранить его от управления судном на денек, пока не выспится. Я торжествующим кукловодом стояла в центре этого сюрреализма, дирижируя им. Поймала нехороший взгляд «капитана» и улыбнулась.
Интересно, кто ты?
– Кажется, моя память прояснилась. Какое счастье! – совсем не жизнерадостно отозвался хвостатый. – Тогда не будем же тянуть! Назначим ритуал на завтрашний вечер! Увести невесту готовиться!
Не успевшую пискнуть меня подхватили под белы рученьки, вытащили из рубки управления и с песнями-плясками, напоминающими индийское кино в космосе, куда-то потащили. Я безвольно висела в щупальцах дружной команды инопланетян и думала… думала о том, а не подразумевает ли ритуал помолвки что-то крайне неприятное?!
И угораздило же выбрать «в капитаны» именно эту иллюзию? Вот чем блондин не нравился?! Нет, подавай Миле хвостатую экзотику! С рыжим-то понятно… четыре руки это конечно интригующе, но как-то слишком экзотично.
Спустя пять минут меня внесли в какую-то каюту и ничего не говоря – вымелись за дверь. Я метнулась к выходу, но панель как встала на место, так и не спешила отодвигаться. Раздосадованно пнула стену, и развернувшись, двинулась изучать комнату.
М-да… Узкая койка, со стопкой идеально ровно сложенного постельного белья, стол а-ля вагон советского плацкарта и колченогий табурет. Последний выглядел криво и неустойчиво даже несмотря на то, что был металлический.
– Это Спарта, детка, – грустно резюмировала я.
О проекте
О подписке