На спортплощадке возобновились занятия. Инспектор пробирался сквозь толпу спортсменов, ожидавших своей очереди занять индивидуальный бокс для тренировки. Несколько тренеров находились у пульта. Через коммутатор они связывались со своими подопечными, давая ценные указания, замеряя время отдыха секундомером, отсчитывая количество повторений. На экране фигуры спортсменов совершали методичные, отработанные движения. Их лица сгорали от испытываемого удовольствия и морщились от боли. Вспотевшие, изможденные, самодовольные отзанимавшиеся атлеты переводили сбившееся дыхание в комнатах отдыха. Среди общего шума возбужденных тестостероном голосов, Инспектор расслышал приветливые нотки своего исполнительного сержанта. Где–то в глубине спортивных тел Коля опрашивал тренеров.
Лем прошел в глубину спорткомплекса в комнаты отдыха. Лола Арнгольц лежала в анатомическом кресле с кислородной маской на лице. Рядом с ней сидела Катерина Власова. Девушка растирала ноги и руки раствором с едким запахом.
– Как вы себя чувствуете? – Спросил Лем у спортсменок.
Девушки обворожительно улыбнулись Инспектору. Лола сняла маску и присела в кресле.
– Добрый день, Инспектор! Вы, наверное, хотите поговорить со мной из–за случившегося… – Лола помялась, обернулась на Катерину. – В медкорпусе? – уточнила девушка.
– А что вы можете мне рассказать об этом?
– Наверное, то же, что и другие ответили вам. – Лола пожала плечами. Она прижалась к маске и сделала несколько глубоких вдохов. – Я не думаю, что это кто–то из нас. Поступить таким образом было бы в высшей степени безрассудством! К тому же, так бездарно.
– Что значит, бездарно? – Уточнил Инспектор, с удовольствием разглядывая ласковое личико Лолы.
– Мы знаем обо всех уровнях защиты склада. И обойти их просто невозможно. Если бы я, – или кто–то из нашего персонала, – надумала бы учудить нечто подобное, я бы отправилась в другое место, если вы понимаете, о чем я.
– Хранилище охраняется ещё надежнее, чем ваш аптекарский склад.
– Наверное, но так бы я, – или любой другой медик, – отвела бы подозрение от медкорпуса и, разумеется, от себя.
Инспектор разглядывал Лолу с любопытством. Девушка будто старалась кого–то выгородить, хотя ни голос, ни взгляд не выдавали признаков сокрытия тайн.
– Для взлома хранилища нужен сообщик.
– Найти такого не проблема. – Лола беззаботно махнула рукой.
Но тут же произошло действие, которое не могло остаться незамеченным для бдительного взгляда Инспектора. Подруга Лолы Катерина, молчаливо втиравшая суспензию в колени и голени, швырнула в девушку своим полотенцем, как будто случайно.
Девушки коротко переглянулись коротким взглядом. Но в этот миг в их глазах, промелькнула объединявшая их обеих тайна. А может, и не только их.
Лем сделал вид, словно ничего не произошло, с деловитым видом обратив свой взор на экран часов.
–– А что вы, девушки, можете сказать о произошедшем на соревнованиях? – Спросил Лем.
– Это ужасно… – подала голос Катерина. Она закончила втирать едкое вещество и ловкими и быстрыми движениям сильных рук обматывала левую ногу эластичными лентами бандажной ткани. – Ужасно не профессионально. Вы же спрашиваете про падение Эллы?
– Вы точно догадались. – Лем с интересом рассматривал движения спортсменки. – Что именно непрофессионального было в действиях Эллы Огава?
– Все знают, что не нужно вырываться вперед в начале тайма. Она спешила и сорвалась. Вот и проиграла. Она реально могла занять первое место. Я видела её тренировки. Она в два счета обошла бы Тамару.
– Особенно если учесть, что Тамара в последнее время почти не появляется на тренировках. – Добавила Лола, не снимая маски с лица.
– Это очень интересно. А почему?
– Да кто ж её знает… – коротко кинула Катерина, застегнув ленту на липучку и приступив к обматыванию бандажом правой ноги.
– Она ушла от тренера. – Лола сняла маску и заговорила шепотом, подавшись всем телом ближе к Инспектору. – Тренировалась сама. Поначалу только. За неделю до соревнований вовсе перестала появляться здесь. Её и сейчас на площадке нет. Она вчера появилась на подтягивании. Штангу пропустила. Послезавтра соревнования в рывке. Тут уж Катерина её уделает!
– А почему Тамара ушла от тренера? – Спросил Инспектор. – И кстати, кто он?
– Это Райен. Слухи разные ходят… – Лола вдохнула кислорода и продолжила. – Это не наше дело. Но поговаривают…
– Это совершенно не важно, о чем поговаривают! – Воскликнула Катерина. – Не слушайте Лолу, Инспектор. Она же сама эти сплетни и распускает. Ушла от тренера – были причины. Я тоже у троих успела позаниматься.
– Ты–то у нас самый лучший пример! – Лола обиженно поджала губы и нырнула лицом в маску с кислородом.
– А Райен сейчас, значит, тренирует Эллу… – задумчиво произнес Инспектор, недовольный вмешательством благопристойной Катерины.
Прекрасные глаза Лолы округлились.
– Вот оно что! Вот и разгадка! – Лола сияла. – Тамара ушла от Райена, потому что между ним и Эллой что–то есть…
– Вот видите, – заметила Катерина, – источник всех сплетен – безграничная фантазия нашей Лолы.
– Между прочим, это не законно, – Инспектор попытался говорить суровым и строгим голосом. – Тайных отношений не должно быть на корабле. Обо всех связях следует информировать и проходить контроль в отделе Эрцхайма.
– Да–да… кровосмешение и всё такое… Но ведь сердцу не прикажешь! – Лола прижала ладонь к груди.
– А что, все–таки, говорится в сплетнях о том, почему Тамара ушла от тренера?
– Что их любовь иссякла. – Лола театрально откинула голову, прикрыв глаза ладонью, изображая собой сердечные страдания.
– Возможно, они встречались. – Лаконично ответила Катерина.
– Инспектор, вы, кстати, не собираетесь их арестовывать за это? Если что, мы вам ничего не говорили!
– Не собираюсь. Но у меня резонный вопрос. А почему, если, как вы обе говорите, Тамара пропускала тренировки и не была достаточно подготовлена, никто из вас не победил её в подтягивании?
Девушки переглянулись.
– Одна из вас, после падения Эллы, точно должна была стать первой.
– Всё возможно… – Лола как–то заметно стихла, глянула на подругу и прижалась к маске.
– У нас договоренность. – Ответила Катерина. – Ещё с первых наших совместных соревнований. Мы с Лолой не пытаемся занять первое место, оставляя его для Тамары, зато второе и третье – наши.
– И чем обусловлена эта договорённость?
– Вы, Инспектор, наверно ещё не общались с Тамарой. – Загадочно произнесла Лола. – Ей трудно отказать или перечить. Себе дороже выйдет.
– Но это не честно! – Лем чувствовал возмущение и даже негодование. – Это ведь честный спорт!
– Ну да… – ещё более загадочно произнесла Лола. На просьбу раскрыть более подробно её замечание, девушка ответила категоричным отказом.
– А что за настои, которые принимают некоторые спортсмены? Для чего это?
– Люди думают, что спорт приносит здоровье. – Сказала Катерина, обуваясь. – На самом деле, спорт отнимает его почти полностью. Эта плата взамен результатам, которые мы имеем. Настои это всего лишь особое питание для наших мышц, суставов и костей.
– Это жульничество?
– Нисколько. Попробуйте, Инспектор, не есть. Вы начнете ослабевать. Спортсменам нужны витамины, чтобы заниматься своим делом. Это не вместо обычного питания. И это не приносит нам сверхсилы. Просто из–за повышенной активности, нам необходимо употребление этих настоев. – Катерина извинилась и ушла продолжать тренировку.
– У меня заключительный вопрос. Милая Лола, вы видели Тамару в медкорпусе за последние шесть дней?
– Да. У неё что–то с желудком было… делали промывание. Не знаю точно, не я занималась ею.
– Простите, ещё один вопрос. Теперь точно последний. В процессе обучения работе в медкорпусе, на каком этапе ученикам и стажерам дается доступ к аптечному складу?
– Смотря кому. Будущим докторам перед выпуском. Медсестрам – на втором курсе. На склад в основном мы ходим. Мы за него и ответственны. Порядок и всё такое…
Инспектор поблагодарил Лолу за уделенное ему время, пожелал побед и покинул спортплощадку.
Вечерние новости поведали об успехах животноводства. Серия экспериментов привела зоологов к увеличению яйценоскости у кур. Диктор отметил, что куры, при этом, чувствуют себя хорошо. Ещё раз назвали поименно победителей спортивных игр двадцать четвертого цикла. Объявили, что по завершении цикла, начнутся приготовления к долгожданному и знаменательному событию – празднованию 2500 месяца полёта.
Инспектор выключил видеофайл, не досмотрев новостной выпуск. Они никогда не рассказывают о важных событиях, о серьёзном, о трагедиях. Скажем, ни словом не обмолвились о вскрытии архива. С другой стороны, архив секретный, значит и нападение на него должно так же сохраняться в тайне. Ладно. А травма Эллы Огавы? Событие, не имеющее претендентов. Где репортаж о несчастном случае? Интервью с пострадавшей? Расследование, в конце концов, причин. Журналистское любопытство должно опережать расследование официально назначенного Инспектора в деле о краже шоколада. Но нет, видеообзоры событий корабельной жизни касаются только достижений генетиков, успехов ботаников и трудолюбия рабочих. Построили, смастерили, придумали, запустили, получили, собрали, переработали…
Лем никогда прежде не обращал на это внимания. А сейчас вот, режет восприятие сложившимся диссонансом. Так раньше и событий столько не происходило. Лем получил звание Инспектора после окончания обучения и сдачи специального экзамена. Прежний Инспектор Грушев был высокообразован, эрудирован, обладал незаурядным мышлением и хорошей логикой. Того же он требовал и от своих стажеров. Эльдар Лем и Фридрих Тэльман много месяцев обучались у Инспектора Грушева дедуктивной методе, полицейской этике и здоровому скептицизму. Не имея привычки торопиться и делать скоропалительные выводы, прилежный и трудолюбивый Лем сдал экзамен на «отлично». И Инспектор Грушев передал ему свои полномочия. Высокомерный Тэльман, уверенный в своем ничем необоснованном превосходстве экзамен провалил и поступил на службу в отделение безопасности корабля.
С того времени прошло более ста двадцати месяцев, в течение которых общее количество серьезных происшествий можно пересчитать на пальцах обеих рук. Мелкое воровство, скорее напоминавшее клептоманию, хулиганство, клевета, тайные отношения, драки… Люди в любых условиях остаются людьми. Даже покорители космических пространств ставят собственные мнения и личные интересы выше мнений и интересов своих собратьев. Но все происшествия были настолько безобидны, что не дотягивали до статуса преступления, и их разрешение обходилось без судебных заседаний.
А что произошло теперь? Инспектор стоял на воздушном переходе, раскинувшемся над главной палубой. Он задумчиво разглядывал скользящих внизу людей. Они были слишком улыбчивыми, слишком радостными, слишком… Настолько, что это не выглядело естественно. «А что изменилось?» спрашивал себя Лем.
Секретный архив вскрыт. Лидирующей спортсменке подстроили несчастный случай, чтоб она не заняла первое место. Кто–то украл из аптечного склада коробку редкого лакомства – шоколада.
«Подумаешь, за месяц три очень серьезных преступления… о которых стало известно. – Рассуждал Эльдар. – Но люди не изменились. Это все те же жители космического корабля, ставшие заложниками обстоятельств, с которыми им приходится мириться. Потомки отчаянных первооткрывателей…»
Взгляд Лема упал на возникшую в толпе Эллу. Она шла, опираясь на костыль. Если ей и было больно, она успешно это скрывала, а потому улыбалась своей нежной, сияющей улыбкой. Сердце Инспектора на мгновение вспыхнуло. В последнее время при виде этой девушки ему становилось радостно. Так радостно, как ещё не было ни разу в его жизни. Мир вокруг изменялся в один короткий миг и уже не казался таким унылым, безликим, скучным.
«В конце концов, мы совершенно ни с чем не миримся. – Продолжал рассуждать Лем, провожая мисс Огава взглядом. – Ведь мы никогда не знали, – и к тому же никогда не узнаем, – иной жизни, которая возможна вне стен Моисея. А значит, в каких бы условиях человек не жил, он продолжает оставаться человеком. И поступки все… – Лема охватило волнение от пришедшей в голову мысли. Он на мгновение забыл, о чем вел свое размышление. – Все поступки происходят из корыстных побуждений. Конечно! Сущность человеческого бытия всегда остается неизменной и всякая великая цель меркнет перед самовлюбленным и эгоцентричным «я хочу».
У Лема закружилась голова. И в следующую секунду всё, вдруг стало ясно. Все случившиеся события, или точнее, преступления, так или иначе уходят корнями к таинственному и далеко незаурядному программисту. Может, одному и тому же. А может, это некое сообщество. И целью их является не помощь кому–либо, а получение выгоды.
– В общем, да, люди всегда и везде остаются… собой. – Прошептал Лем.
Бесплатно
Установите приложение, чтобы читать эту книгу бесплатно
О проекте
О подписке