Выражаю особую благодарность моим жрицам Вселенной, чьи истории легли в основу моих рассказов. Также спасибо тем людям, кто на протяжении всей работы над книгой вдохновлял и мотивировал меня. Желаю чудесного путешествия в этот сказочный мир всем читателям, которые доверились мне.
Не вей в моей клетке цветов,
Ты вылети со мной в сад
Встречать лучи солнца на коже
И верить в горящий закат.
Блестят пуще золота прутья,
Но ты, я прошу, им не верь.
Пускай лучше слепит нас солнце,
Душе так приятней, поверь.
Вдохнём полной грудью мы горный
Прохладный приморский воздух,
Дотронемся пальцами дуба,
Пройдёмся рукой по колосьям.
Почувствуем ту мы свободу,
Какой у нас не было в клетке.
Не вей больше в ней ты цветов,
Они для души слишком едки.
Даже дождь говорит тебе – плачь.
От любви ли, от скорой разлуки ль?
От нежданной радости плачь
Иль от злобы, что крутит нам руки.
Даже дождь говорит: «Не стесняйся»,
Вылей слёзы по доброму прошлому,
Бесполезность в попытках сдержаться
Не оставит ни капли хорошего.
Сильный дождь подаёт нам пример,
Пусть и мы станем вдруг с тобой ливнем.
Враз отчистим всю грязь перемен
И станем такими же сильными.
Предрешили судьбу век назад:
Мне тебя обещали, Раттана,
Я тебя очень ждал на Земле,
Брак Святая Святых наш избрала.
До того, как с Колёс Мирозданья[2]
Осыпались частицы всех душ,
Нас божественной нитью связали,
Запечатаны до первых стуж.
По веленью Владычицы Жизни,
Под дурманящий ладан и дым
Поливали нам головы наши,
Наречённой тебя обрекли.
Нам идти вдоль по кругу сансары[3],
Из него нам и выходить.
Только за сердца, а не за руки
Нам держаться, одной душой быть.
Немая Дева, Мать Дождей, Принцесса Океанов
Во мраке синем предо мной.
И страх, и немощь, и благоговенье
Поочерёдно и наперебой.
Богиня Моря с кожей цвета глади,
Глазами, словно тьма ночи,
А мощью всех шести миров бессмертных.
И прекратить безумство взгляда не проси.
Великой королеве глубины покорна,
Молюсь, касаясь лбом земли.
Благодарю, что мне явилась омороком,
Прошу, росткам ты риса дай взрасти.
В этом стихотворении полностью описан традиционный древний процесс захоронения в Таиланде.
Я на рассвете в глади мутной, но зеркальной
Смотрю в последний раз в свои глаза.
Морщины говорят о добром прошлом,
Я прожила жизнь ярко, что сказать.
В тех складках, что идут от носа книзу,
Найду деньки я, полные улыбки,
О том же говорят морщины глаз моих,
Не может в этом быть ошибки.
Две строгие морщины режут лоб,
Быть может, значит, жизнь была строга.
Одна приподнятая бровь —
С сарказмом я тогда смеясь,
Не видела жестокого врага.
Сухие губы говорят о том,
Что сто мужчин сорвали поцелуи.
Не помнит их седая голова,
Но помнят их морщинистые губы.
Моя ты жизнь, спасибо прошлой карме,
Я прожила так, словно рай был на Земле.
Бывало, приходили в дом печали,
Встречала их с улыбкой на лице.
Сегодня на рассвете я гляжу не в воду,
Смотрю я вглубь своей души.
Сегодня от Сансары до нирваны
Разделят мелкие, но точные шаги.
Отвечу я сегодня перед Богом,
Отправлюсь я в один из трёх миров.
Животным, человеком, обрету свободу ль,
Узнаю через несколько часов.
Вчера ещё развесила я ленты
До ложа, где дым от свечи.
Там пахнет ладаном и смертью,
Не спутаешь те чувства ты ни с чем.
Стоит уже и чаша с чистою водою,
Смочить мне губы для Пути.
Заточен нож с поверхностью зеркальной,
Что расположат на пустой груди.
Зашьют мне веки, в руку вложат чётки,
На шею мне возложат шесть монет,
Закрыта мне отныне в храм дорога,
Мне сутры в мир живых внесут запрет.
Покинет дух мой домик с прудом,
Очистят благовонья негатив,
Цветов мне белых кто оставит
У лестницы, подальше от беды.
Сегодня будет ярко светить солнце,
И будет летом буйный урожай.
Я знаю, я давно готова,
Мне смерть – подруга, нет сил на печаль.
Сквозь 49 лет и сквозь пространство
Я воплощусь, а может быть, и нет.
А может, прожила я не напрасно,
И долг давно уже сошел на нет.
Последняя улыбка отразится
В той мутной глади на поверхности воды.
Седые волосы поправив,
Я поспешу на встречу пустоты.
Скажи мне, Вонграт[5], имеет ли смысл,
Любимая милым ли я?
Взошла ли рассада, тепла ли погода,
Свежа ли утрами роса?
Какое значение у всей этой мелочи,
Если сравним со Вселенной?
Как можно жить, не имея значения
Для высших существ неизменных?
Не ровня мы ангелам, а ангелы – Будде,
А Будда – Чистым обителям[6].
Огнём и водой, а не кровью и слёзами
Бесконечностью жизнь с Земли смыта.
Нерушим лишь Создатель, который сквозь время
Стирает ветрами нас в пыль.
Потом возрождая всех нас по новой:
Ангелов, бесов, народную быль.
Какой же мне смысл, родной мой Вонграт,
На свет мне дитя появлять?
Упадок морали, люд в смерти играет.
Всё сдует ветрами опять.
«Простить и забыться. Жить дальше, трудиться», —
Брат мой Вонграт отвечал.
«Дарить людям свет и любовь, оступиться
Нельзя. Дать Вселенной сигнал:
Что есть в этот час, в этом, ложью покрытом,
Один яркий лучик тепла.
Что он разовьётся, взметнёт, не собьётся
С Пути ради жизни дотла.
Пускай нас терзают, на ложь проверяют,
А мы пальцы в мудре[7] совьём.
Под мантру рассветную, негу заветную
Радость по миру снесём.
За эти закаты, цветов ароматы,
И яркий свет северных звёзд,
За сына улыбку и счастье то зыбкое
Шагать, хотя Путь и не прост».
В стихотворении описаны атрибуты «театра теней» – это полотно, позади которого зажигался раньше огонь, а куклами управляли специально обученные мужчины.
На мне одеяние из бычьей кожи,
Узоры на нём довольно несложные.
Распущены волосы – чёрная смоль,
В янтарных глазах позабытый огонь.
За мною стоит мой любимый мужчина.
Руками упёрся, что палками, в спину.
Он говорит, а я лишь молчу.
Нельзя мне и шага, как я захочу.
Играет ансамбль, мой выход на «сцену».
Я делаю то, что заставит их верить,
Что счастлива с ним, что любит он нежно,
При этом щеки я касаюсь неспешно.
Надену я маску, пущусь в яркий танец,
А он за спиною моей управляет.
Я, словно тень на полотнах за рамой,
А сзади костёр мне полы обжигает.
Всё это, похоже, театр теней,
И я в нём играю в Рамакиен[8].
Он драматург, я кукла пустая,
Марионеткой меня называет.
Как жаль, что лишь долгие годы спустя,
Что жизнь – не театр, я поняла.
Ансамбль стихает, кончается стих,
Мой акт не хочу вновь играть я на бис.
Сегодня я брошусь сквозь полотно,
Пусть загорится в той раме оно.
И с ней пусть сгорят те верёвки, что держит
Мой драматург, муж мой беспечный.
Стихотворение посвящено истории любви бывшей королевы Таиланда Ювадхиде Полпрасет.
Тебе знакомо: от мороза жжётся кожа,
А от жары стекают капли, освежая?
Моя история с тем схожа,
То близко для меня всё это, то чужая.
Грехи мои прошу, о Будда,
Не отпускай великодушно никогда.
Без них ведь, как без рук, я буду,
На эту жизнь они – большая часть меня.
Бывали дни, когда с балкона видно
Толпу непрошеных, завидующих глаз.
И я дарила жадно сему миру
Себя, без лишних ёмких фраз.
Мне имя в этом мире ЮвадхИда,
Блестит корона, я сажусь на трон.
Верна народу, временами глуп он:
Целуют платья моего подол.
Пришла повелевать, но слышу отовсюду: «Сдаться!»,
Традиций круг не разорвать.
Мятеж души зовёт подняться
С колен. И свой народ поднять.
Надену, словно мантию, улыбку,
С дворца несчастий я сбегу достойно.
Король мой не простит ошибки:
Сегодня поцелую я другого.
И пусть лишусь я титулов и званий,
Пускай сломают подо мною трон,
Отныне я свободна, в этом правда.
Но помнить будут королевой испокон.
Стихотворение посвящено трагедии королевы Сунандхи Кумариратана.
Моё имя Сунандха, моя клетка – река.
Духи так повелели, предрешилась судьба.
Затащили сирены на могильное дно,
Проливали русалки этой ночью вино.
Заплыла я в угодья моря демонов чёрных.
Рады были, что душу обглодают нескромно.
И никто не помог, когда в речке тонула.
Все смотрели, боясь, что беду навлеку я.
Никого не прощу, затащу на рассвете
Я на дно всех мужчин, что в летах на расцвете.
Превратилась не в пену, в кровожадную месть.
За дитя, что в утробе, и за трон души есть.
Вспоминает король наш потерянный брак.
Я за нас обреку на несчастье и мрак.
Играю я с тобой в макрук,
Я – кхун, что значит дворянин,
Ты навсегда в моём плену,
Я ничего не дам взамен.
Я съем тебя, твоих фигур,
Я сердцем закушу от скуки.
Я о любви твои слова забуду,
А ты мои век помнить будешь.
У глаз моих раскосых – пленник.
И поцелуй я свой не дам.
Но всё равно ты свою верность,
Будь добр, неси к моим ногам.
На разных полюсах доски,
На юге – ты, а север – мой.
За чёрных я, а белых ты,
Танцую и смеюсь: ты – мой.
Бросай игру и сдайся мне,
Переверни вверх дном доску.
И я уйду, не обернусь…
А без тебя впаду в тоску.
Пусть я, что хожу по земле увлажнённой,
Освобожусь от вражды и страданий,
Пусть мне, что даруют судьбу бережённой,
Лишат мою душу от глупых скитаний.
Пускай мне неведомы зло и болезни,
Семья и союзники станут добры.
Врагам я желаю удач расчудесных,
Чтоб не постичь злодеяний игры.
Путь чей молитва, ума медитация,
Пусть от опасности Бог защитит.
Пусть махадеви[10] – небесная грация
Души пустые вовек просветит.
Пусть благодетели, жертвы, миряне
Окутаны будут заботой богов.
Пусть весь наш мир пребывает в нирване[11],
Пространство пусть станет защиты покров.
Пусть все, кто ползают, дышат и плавают,
Вселенной будут нужны.
От юга до севера, с востока до запада
Благостью поощрены.
Пусть летит печаль над вершинами,
Развевается пеплом над морем.
Обрастёт холодными льдинами,
Пусть с закатом уйдёт краснопёрым.
Пронесётся печаль над домами,
Обернётся морскою пеною,
Засыплет из туч снегами
И растает под солнечной негою.
Превратится в ничто, в пустоту,
Никого не затронув, исчезнет.
И тогда свет займёт черноту
На Земле, где под стать ему место.
Бесплатно
Установите приложение, чтобы читать эту книгу бесплатно
На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Невоспетые жрицы Вселенной», автора Юлии Вадимовны Клименко. Данная книга имеет возрастное ограничение 16+, относится к жанрам: «Cтихи и поэзия», «Историческое фэнтези». Произведение затрагивает такие темы, как «сильные женщины», «поучительные истории». Книга «Невоспетые жрицы Вселенной» была написана в 2023 и издана в 2024 году. Приятного чтения!
О проекте
О подписке