перенесла на себя роль брата, в свое время наказанного оставлением без ужина. Затруднение в глотании встало на место тогда подавленного, «проглоченного» сознания своей вины. После раскрытия связи ее болезни с этими событиями и с непозволительным поступком в отношении брата, – на что потребовался многомесячный анализ, – психические расстройства при принятии пищи и страх перед иголкой исчезли».