Оказавшись в своей комнате, я тяжело опустилась на кровать. Голова шла кругом, слишком много всего произошло за этот вечер.
Светлоокая, о чём я только думала, когда поцеловала Вэйна?! Вернее, в тот момент я вообще не думала, действовала на эмоциях и, как обычно в таких случаях, совершила непростительную ошибку… Или это он поцеловал меня? С одной стороны, я первая перешла черту. Вот только я лишь коснулась его губ, а он…
От нахлынувших воспоминаний бросило в жар. Я встряхнула головой и несколько раз ударила себя пальцами по губам. Нет-нет! Не думать. Не вспоминать!
Так что же теперь делать? Как себя вести с Вэйном? И что вообще между нами? Этот поцелуй что-то значил или нет? Почему Вэйн меня оттолкнул?
Быть может, в тот момент он не отдавал себе отчёта, что делал? Не понимал, кого целовал? Представлял на моём месте Хани?..
Или дело в его отце? Ши-Лин запретил со мной общаться, а для большинства чонрэйцев слово старшего родича – закон. У Вэйна сложные взаимоотношения с отцом, и всё же я сомневалась, что он мог нарушить запрет, высказанный столь прямо.
Как понять, что у Вэйна на уме? Как он относится ко мне на самом деле? Что чувствует?
Вопросы… вопросы… Казалось, сейчас от них взорвётся голова. Мысли путались, лицо горело, сердце лихорадочно билось в груди. Хотелось патетично вознести руки к небу и вопросить: «Светлоокая, что со мной?»
Вот только я знала ответ.
Я влюбилась.
Вэйн давно мне нравился, меня тянуло к нему, он занимал мои мысли. Просто до сегодняшнего вечера я не замечала очевидного.
Тьма, я и правда влюбилась! И ведь как угораздило-то!
Я вскочила с кровати, подошла к комоду. Плеснула в стакан воды из графина. Руки заметно дрожали. Залпом осушила стакан.
Как мне завтра смотреть в глаза Вэйну? Как вообще себя вести?
Последнее, что мне сейчас нужно, так это влюбиться. Тем более в такого сложного, проблемного и непредсказуемого парня, как Ши-Вэйн. В дракона, у которого непонятно что творится в голове. В человека, которого все вокруг считают психопатом и жестоким убийцей.
Но для меня не имело значения, что думали другие. Вэйн был одним из самых добрых, честных и смелых людей, что я знала. Гениальный маг и великолепный боец. Несправедливо обвинённый. Ненавидимый всеми, включая собственного отца. Сильный и несломленный, несмотря на все невзгоды, которые ему выпали. И наконец, просто красивый высокий широкоплечий парень… Да в него просто невозможно было не влюбиться!
Я чувствовала себя героиней одного из сентиментальных романов, которыми зачитывались кузины. Тайно, разумеется, – родители подобного увлечения не поощряли. Как-то я взяла почитать несколько книг, которые сёстры особо хвалили. Первую прочитала с любопытством и не без удовольствия. Но интерес быстро увял – чтиво оказалось на редкость однообразным, а сюжеты предсказуемыми.
И вот теперь, как та самая героиня, я с замиранием сердца думала о черноглазом парне. Прокручивала в голове недавнюю встречу с ним и гадала, что делать дальше.
Не удержавшись, достала со шкафа подарочную коробку и вернулась к кровати. Осторожно, будто в первый раз, приподняла крышку. Провела рукой по ткани, покрытой искусной вышивкой. Затем вынула из футляра традиционные для Чонрэя заколки – изящные шпильки с незабудками. Покрутила в руках замшевые туфельки.
Сложно представить, сколько времени, денег и усилий понадобилось, чтобы сделать такой подарок. Выяснить мои мерки, заказать платье и обувь, подобрать украшения для волос. Слишком много было вложено в этот подарок для простого знака дружеской симпатии.
К тому же за последние месяцы Вэйн не раз мне помогал. Недавно и вовсе подставился на поединке, позволил себя избить, а потом завалил экзамен по теоретической магии. Он не мог не знать, как важно для верховного мага, чтобы его сын числился среди лучших учеников. И всё же помог мне, хотя тем самым навлёк гнев отца.
В груди защемило.
Неужели я тоже нравилась Вэйну?..
Несмотря на то что заснула только под утро, я по укоренившейся привычке подскочила с кровати в шесть пятнадцать. Бросилась к шкафу, спросонья чуть не споткнулась о стул… и замерла.
Каникулы!
Мне не нужно спешить на занятия. Не нужно разбираться в сложных энергетических схемах, учить ингредиенты для зелий и зубрить ненавистную этику. Можно просто отдыхать!
Упала обратно на кровать. Не пуховая перина, как дома, конечно. Но за эти месяцы я научилась ценить малое. Блаженно вытянулась и прикрыла глаза. Пожалуй, можно подремать ещё пару часов.
Ничего, один день без завтрака переживу. Тем более что в столовой придётся столкнуться с Вэйном…
Хорошее настроение испарилось. Я свернулась клубочком и со вздохом накрыла голову подушкой. Светлоокая оказалась милостива, заснула я почти сразу.
В следующий раз проснулась около полудня и с чётким осознанием того, что делать дальше. По правде сказать, решение пришло ещё ночью, но сразу не хватило духа его принять. Хотя оно и было единственно правильным в данной ситуации.
Я быстро наведалась в душ, оделась в школьную форму и заплела волосы в тугую косу.
Перед тем как выйти из комнаты, взглянула в зеркало. Вид у меня был строгий и решительный. Только глаза лихорадочно блестели, выдавая душевное волнение.
Общежитие казалось вымершим. Ни на отведённом девушкам мансардном этаже, ни на лестнице, ни в холле я не встретила ни одного человека. Дверь в каморку коменданта и та оказалась закрыта.
Запоздало вспомнилось, что большинство студентов утром собирались отправиться по домам, а некоторые хотели уехать ещё ночью, сразу после зимнего бала, вместе с родителями. У преподавателей и слуг тоже выдался отпуск. Не у всех, конечно, но многие стремились хотя бы на пару дней вернуться в родные края – Первый рассвет в Чонрэе было принято встречать в кругу семьи.
Испугавшись, что пока я предавалась размышлениям и спала, ректор Хон тоже мог покинуть замок, бросилась бежать. Через пару минут я уже была у кабинета. Несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, стараясь нормализовать сбившееся во время забега по лестницам и коридорам дыхание. Постучалась и, немного выждав, попыталась приоткрыть дверь. Та оказалась заперта.
Хон-Шин не появился ни через полчаса, ни через час… До обеда оставалось не так много времени, надо было что-то решать. Ожидание в коридоре начало казаться пустой тратой времени, и я решила переговорить со вторым человеком в школьной иерархии – госпожой Нири-Лидэ. Чародейка меня недолюбливала, и без лишней надобности я старалась к ней не обращаться. Но справедливости ради госпожа Нири не смешивала личные чувства с работой, а потому я надеялась, что на мои вопросы она ответит. Если, конечно, помощница ректора осталась в замке…
Мне повезло, Нири-Лидэ была на рабочем месте.
– Вы что-то хотели? – сухо спросила чонрэйка, поспешно откладывая книгу.
Мельком успела заметить имя, вытесненное на обложке. Похоже, строгой и чопорной госпоже Нири не чуждо ничто человеческое – в свободное от работы время она зачитывалась стихами Мин-Джуна, который слыл главным чонрэйским романтиком.
– Да. Извините, что побеспокоила, – я легко поклонилась.
– Слушаю, – чонрэйка поджала губы и сложила руки перед собой на столе.
– Не подскажете, где я могу найти ректора Хона?
– Он отбыл из школы.
– А когда вернётся? – не теряя надежды, спросила я.
– Это мне неизвестно. Дней через десять, может, позже. Если у вас есть какие-то вопросы, то решите их в начале следующего семестра.
– К сожалению, я не могу ждать.
– Тогда, может быть, я смогу вам помочь?
Госпожа Нири – правая рука ректора. И похоже, в его отсутствие осталась в школе за главную. Если кто и в силах мне помочь, то только она.
Вздохнула, собираясь с духом, и, встретившись с собеседницей взглядом, чётко произнесла:
– Я бы хотела забрать документы из школы.
Брови чонрэйки поползли вверх.
– Вы… хотите уйти?
Кивнула.
– Но… почему? Вы одна из лучших учениц курса. О вас хорошо отзываются преподаватели. Серьёзных проблем с другими студентами, насколько мне известно, тоже нет… Или, – госпожа Нири прищурилась и подалась вперёд, – Стася, вас кто-то обидел?
– Нет, – покачала головой. – У меня нет претензий ни к школе, ни к ученикам. Моё решение вызвано исключительно личными причинами.
– Какими же?
– Личными, – повторила я.
Рассказывать всю подоплёку, которая вынудила меня отказаться от обучения в школе, я не хотела – боялась, что таким образом ещё больше наврежу Вэйну.
Нири-Лидэ некоторое время молчала, а потом сухо сказала:
– Ничем не могу вам помочь. Подобного рода решения вправе принимать лишь ректор Хон. Вот когда он вернётся, с ним и переговорите. Но надеюсь, к тому времени вы всё же передумаете.
Я понуро брела по коридору в сторону столовой.
Передумаю ли я?..
Ещё недавно я всеми силами собиралась держаться за эту школу, но вчерашний вечер всё изменил. Я не могла сделать вид, что ничего не произошло, не могла принять жертву Вэйна. Не заслужила места в десятке, а Вэйн – такого отношения со стороны отца. Я должна была всё исправить!
Решение, которое я приняла, было спорное и отчасти трусливое, но ничего лучшего в голову не пришло.
Если уеду, то всё вернётся на круги своя. Рейтинг успеваемости пересмотрят, Ши-Вэйн снова будет считаться одним из лучших учеников курса. Я подамся на Лоссайские острова, как и планировала, – подальше от черноглазых драконов и Чонрэя с его бесчеловечными законами. Всё равно не смогу здесь прижиться. И потом, даже если случится чудо и я смогу окончить школу, мне придётся ещё отработать пять лет на благо империи. Быть может, самой исполнять те самые законы, от которых душу наизнанку выворачивает… Что касается Вэйна, то его, не сомневаюсь, скоро забуду. Как говорила моя бабка, с глаз долой – из сердца вон.
Обидно было вот так нарушить планы, отказаться от мечты, но что ещё я могла сделать в данной ситуации? Как иначе помочь Вэйну?..
Лучше мне и правда уехать. Для всех лучше. Ошибкой вообще было приезжать в Чонрэй. Только зря деньги и время потратила… Впрочем, не зря. Опыт я получила бесценный, выучила некоторое количество полезных плетений и зелий. Да и лоссайский теперь немного знаю. Так что на островах не пропаду.
Вот только надо получить обратно свиток об окончании первого курса Лесецкой академии чародейства. И неплохо бы раздобыть документ, что я целый семестр училась в Чонрэйской высшей школе магического искусства. Когда буду искать работу на Лоссайских островах, эти бумаги пригодятся.
Задерживаться в школе не хотелось, уезжать с пустыми руками тоже. Немного подумав, я решила всё-таки дождаться возвращения ректора. Наверное, даже хорошо, что так сложилось – будет время отдохнуть перед грядущим путешествием, лучше подготовиться к нему и незаметно вернуть подарок Вэйну. А ещё надо написать письмо следователю Тин-Шиюну, поделиться подозрениями – я должна хоть что-то сделать для Сины и того несчастного слуги, которого обвинили в убийстве…
В желудке предательски заурчало, напоминая, что я целый день ничего не ела. Время было обеденное, так что, больше не мешкая, я направилась в столовую.
Войдя в зал, я замерла. Похоже, из школы и правда все разъехались. Из двадцати столов заняты только три, да и то частично. За одним расположилась компания Хван-Рика в полном составе, включая Юну. За другим – простолюдины с разных курсов и Марк.
– Стася!
– Давай к нам!
Мне замахали Марк и Ноыль. Я слабо улыбнулась и кивнула, а затем направилась к стойками с блюдами.
Вэйн сидел на своём привычном месте, как всегда в гордом одиночестве. Когда я вошла, он скользнул по мне равнодушным взглядом – словно я пустое место. Душу опалила обида. Я полночи из-за него не спала, постоянно думала. А он!.. Впрочем, так даже лучше. Всё равно я не собиралась оставаться в школе. Если бы Вэйн вдруг начал оказывать мне знаки внимания, то, боюсь, моя решимость угасла бы.
Меню сегодня разнообразием не радовало, да и на обед я чуть не опоздала, так что пришлось довольствоваться малым. Я поставила на поднос миску с наваристым супом, плошку с рисом, салатник с острой квашеной капустой и стакан компота.
– Я тебя уже искать собирался, – шутливо проворчал Марк, когда я уселась за стол. – На завтрак не пришла, обед тоже чуть не пропустила.
– Проспала.
Один из парней, кажется с четвёртого курса, присвистнул:
– Ну и горазда ты спать!
– Да вот, так получилось… – пожала плечами я.
Не считая Марка, за столом сидели пятеро студентов из числа простолюдинов. Я была знакома лишь с Ноыль и Енгуком, остальных знала только в лицо – как-то раньше пересекаться не приходилось.
– Ты что-то бледная? – в голосе Ноыль слышалась тревога. – Не заболела?
Я покачала головой.
– Нет, просто последние недели выдались тяжёлыми.
– Ты смотри завтра не проспи, – хмыкнул Марк.
– Завтра? – нахмурилась я.
– Забыла, что собирались в город?
Тьма, и правда забыла! Марк ведь обещал устроить экскурсию по Хансану!
Может, отказаться?.. С другой стороны, когда ещё такая возможность выпадет, да и обидно будет уехать из империи, так и не успев посмотреть на столицу.
– Нет, конечно, – улыбнулась я. – Но разве обязательно идти с самого утра?
– Даже если каждый день рано утром будем отправляться в город, всё равно не успеем осмотреть Хансан за каникулы.
– У кого-то намечается свидание, и даже не одно, – с усмешкой протянул Енгук.
– О, так вы встречаетесь? – спросила Ноыль.
– Нет!
– Да.
Мы ответили с Марком одновременно и растерянно переглянулись.
За столом раздались смешки.
Краем глаза я заметила, как Вэйн резко поднялся со скамьи и вышел из зала.
– Вы бы определились…
– Марк, похоже, тебя кинули.
– Накрылось свиданьице-то!
– Это не ваше дело, встречаемся мы или нет, – проворчал лоссаец.
– Мы просто друзья, – сказала я. – И кстати, Марк прав, это не ваше дело.
Я окинула взглядом ребят, стараясь заглянуть в глаза каждому. Студенты смущались и опускали головы. Даже Енгук стушевался, что-то неразборчиво буркнул и уткнулся в тарелку с недоеденным овощным рагу.
– Стася, не злись, – мягко сказала Ноыль. – Мы просто неудачно пошутили. После вчерашнего все на нервах.
А ведь и правда… Если для меня ритуал был жутким представлением, то для них – кошмаром наяву. Каждый из этих ребят вчера мог оказаться перед помостом, каждый мог лишиться дара, самой сути, надежды на лучшую жизнь. Лишь благодаря невероятному упорству, таланту и уму они избежали подобной участи. Вопрос: надолго ли?
Ноыль осталось проучиться всего семестр, и я не сомневалась, что она получит диплом. А остальные?..
Енгук всё ещё вызывал у меня стойкую неприязнь. Но теперь я понимала, почему он так отчаянно дрался на поединке, хотя и не могла простить за то, что сломал руку Хойе и подло ударил в лицо меня. Какие бы ни были обстоятельства, есть некая грань, которую нельзя переступать.
– Я тоже после вчерашнего не могу прийти в себя, – вздохнула я. – В Лесецкой академии нет бесплатного обучения, но оплата для всех одинакова и гораздо ниже, чем здесь. А если студент не справляется или больше не в силах платить, то после отчисления может продолжить учиться самостоятельно или податься в подмастерья к какому-нибудь магу.
– После отчисления на севере не лишают дара? – удивлённо вскинул брови Енгук.
– И в княжествах, и в Тиллине, чтобы быть магом, не обязательно иметь диплом. Самоучек хватает. Платят им, конечно, значительно меньше. В основном это деревенские знахари, заклинатели дождя, предсказатели погоды, ярмарочные фокусники… Хотя некоторым и без образования удаётся выбиться в люди. Например, знаменитый Таиннир Лиоский – самоучка.
– Таи… кто? – спросила Ноыль.
– Таиннир Лиоский. Это придворный маг тиллинского короля. На протяжении последних лет тридцати, кажется.
– Ничего себе!
– Везёт кому-то…
– Эх, и почему я родился в империи?!
– В Тиллине есть рабство, – хмуро заметил Марк. – В княжествах вроде тоже. Вряд ли рабам разрешают учить магию.
– Почему же? В Тиллине ценятся рабы-маги, это очень редкий и дорогой… товар. Они с рождения носят особые ошейники, которые подавляют волю. Такой раб – уникальный инструмент в руках хозяина. Хотя родиться одарённым рабом в Тиллине незавидная участь. Впрочем, у всех рабов, независимо от того, есть способности к магии или нет, печальная судьба.
– А в княжествах?.. – тихо спросила Ноыль.
– В княжествах рабства нет, но часть крестьян – крепостные, а потому ограничены в некоторых правах. Не могут без разрешения покидать угодья, менять занятие, обязаны отдавать господину значительную часть урожая. Но если вдруг в такой крестьянской семье рождается одарённый, то его могут отправить учиться в академию. Потом, конечно, он должен вернуться, чтобы служить своему владетелю.
– В общем, если ты нищий, то неважно где родился – в Чонрэе, Тиллине или княжествах, – с горьким смешком изрёк один из ребят. – Везде плохо.
– Зато в Тиллине и княжествах крайне редко лишают силы. Ведь одарённых мало, они очень ценны. Так наказывают только преступников. Притом маг должен совершить действительно серьёзный проступок. За мелкие правонарушения – штраф, принудительная работа или ссылка. У нас даже тюрьма для магов есть.
– А на Лоссайских островах как? – спросил Енгук.
– А никак, – пожал плечами Марк. – Там лишь шаманы да знахари, самоучки то есть. Я как-то встречался с одним великим шаманом, так он знал меньше, чем мы на первом курсе. А маги у нас в основном пришлые, из Тиллина и Чонрэя, да и тех немного.
О проекте
О подписке