Эту книгу советовали в переписках по поводу достоверности и правдоподобности Алексей Новиков-Прибой - Цусима , которая и у меня вызвала массу вопросов и недоверия. Поскольку они (частично) описывают одни и те же события, я их невольно сравнивала между собой. И, стоит отметить, что если бы я читала Новикова-Прибоя после данной книги, то, скорее всего, я бы её не дочитала, а если бы и домучила, оценка моя была бы намного ниже. Это просто небо и земля.
Начать стоит с того, что Владимир Иванович был действующим (единственным) офицером не только на броненосце «Князь Суворов» (флагманский корабль вице-адмирала З.П. Рожественского), но и на «Диане» во время сражения в Порт-Артуре. В предисловии автор сообщает читателю, что на протяжении всего времени вел дневник, куда по минутам заносил все события и в книгу попало только то, что было в этих записях и ничего больше. Даже если впоследствии до него доходила какая-то другая информация, которая могла казаться более правильной и достоверной он добавляет её в текст с соответствующей оговоркой.
Второе, что хочется отметить, что критики в ней может быть даже больше, чем у Новикова, НО это не пустые слова ради слов, а объективный анализ событий, действий и поступков. Действующий офицер абсолютно искренне переживает упадок военно-морского флота, ищет причины, приведшие Родину к случившейся катастрофе, он не упивается чужими смертями и увечьями, с восторгом описывая гибель одного корабля за другим.
Постфактум хочется надеяться, что из столь ужасного урока были вынесены соответствующие выводы. Но так же, как и в Порт-Артуре, так и сейчас – ничего не делается, пока не будет выдана соответствующая бумажка. Прежде, чем что-то сделать требуется соответствующее распоряжение, даже если счет идет на часы
все «обстоит благополучно» и хотя ничего не выходит, но правила, «предписанные инструкцией», в точности соблюдены
Эта фраза меня убила, но насколько же она точна и как мало поменялось за более чем сто лет!
Так же, как и до, и при Цусиме есть люди вроде г. Кладо (те господа, что сидя дома в удобном кресле, делают военную карьеру), которые авторитетно уверяют вышестоящих, а вместе с ними и весь народ в том, что все отлично, все готово, приводя при этом кучу непонятно откуда взявшихся, но чисто внешне весьма достоверных доводов. Если же кто-то не может, не справился, то он просто трус, и проблема не в том, что корабли и снаряды устарели, а топлива нет. И всему миру слишком выгодно поражение России.
Не зря на Суворове так часто вспоминают анекдот:
Невольно, опять и опять, вспоминался старый анекдот: «Почему вы не стреляли?» — «Тому было 18 причин: во-первых, у меня не было пороху…» — «Можете не продолжать и остальные 17 оставить при себе…»
Мне, как и им абсолютно не смешно и анекдот ли это?
Зачем упоминать и об активной пропаганде, которую вели американцы, англичане и может кто еще среди пленных матросов, после которой они заговорили чужими словами и заученными фразами (без которой, как знать, революция могла пройти менее кроваво).
Все же закончить хочется не этим, а восторгом и гордостью, которое вызывает мужество и самоотдача, с которым люди всех должностей, званий и сословий безнадежно сражались до последней пушки тонущего корабля и в неравных условиях пали. И словами (не теми горькими, которыми он заканчивает свою историю) самого В.И. Семенова , который не должен был участвовать при Цусимском сражении, но сделал все, чтобы выполнить свой долг и скончался от последствий ранений:
Те, что уклонились от этой кровавой расплаты, те, что поступили благоразумно и целесообразно, те, что не пошли на верную гибель, — они… впрочем, не знаю, что сделают они, а спрошу вас: вы, если бы сейчас вернулись в Россию, нашли бы в себе достаточно мужества, чтобы смело взглянуть в глаза тем, которые вернутся позже, случайно уцелев в гекатомбе, которую предотвратить вы, конечно, не могли, но быть жертвой которой вы не захотели?..