Он не мог избавиться от сильных чувств в минуты успеха или поражения, но считал правильным сносить невзгоды или радоваться успехам, не показывая виду, поменьше говорить и заниматься своим делом не смиренно, но с чувством собственного достоинства, что бы ни ожидало впереди.