– У нас тут всё время так весело, – пояснил Макс, когда я поравнялся с ним, и мы двинулись дальше. – Первую половину дня проводим на компьютерных тренажерах, отработка боевых сценариев, второю половину дня строевая, рукопашка, через день – кросс в полном снаряжении вдоль периметра, девять километров. Привычка к действию должна выработаться в сознании и закрепиться в мышцах.
– У вас тут что, чума? Почему так пусто?
– Ага, заметил, – Макс Хуллиган слегка повернул голову, но шага не замедлил, как и его приятель, Грегори Верный. Тот вообще в мою сторону не смотрел. – Двойное Донце не принимает гостей, пока не закончится военный конфликт с «миротворцами». Служба безопасности сочла, что проще никого не пускать на поверхность, чем потом задним числом вылавливать шпионов и диверсантов.
Мне тут же вспомнилась россыпь игрушечных домиков за периметром космодрома, которую я разглядел при посадке.
– А люди снаружи пусть замерзают?
– Какие люди?
– За периметром.
Они приостановились и переглянулись. Хмурый Грегори даже улыбнулся. А Макс откровенно заржал.
– Да ты что! Там всего лишь химические ловушки, мера предосторожности против Дикого Леса.
Дикий лес? Это ещё что такое?
– А-а… – только и сказал я. Расспрашивать на ходу о «диком лесе» не хотелось. Снова попаду впросак. Мне бы в туземную инфосеть забраться… – Так что, все местные граждане сидят по домам? С планеты бежать не пытаются?
– Привык, что на других мирах во время войны именно так? Я, честно говоря, тоже. Но дело в том, что вера граждан Двойного Донца запрещает бегство.
– Не запрещает, – мрачно поправил Грегори Верный. – Мы не видим в бегстве смысла. Это не решение проблемы.
– Да, Грегори у нас из местных, ему лучше знать, – легко согласился Макс. – Ладно, идём, идём, нечего стоять, здесь ни выпивки, ни закуски. Лично я здорово проголодался.
– Тебе бы только жрать, – пропыхтел Грегори Верный, но, тем не менее, послушно потопал следом за своим приятелем, а я, естественно, за ними.
– Если необходимо наскоро, без помех перекусить, или вздремнуть часок-другой, пока техники возятся с твоим роботом, то здесь, в «забегаловке», самое подходящее местечко, – пояснил Макс Хуллиган, плюхаясь на стул. Сняв шапку и пригладив длинные тёмные волосы, он жестом пригласил присоединиться. – Комнатка для гостей, так сказать.
Небольшая комната, названная «забегаловкой», располагалась в северном крыле космопорта, позади диспетчерской. Возле стен, декорированных под сочный светло-жёлтый янтарь – четыре откидные койки, холодильник, микроволновка, в углу пластиковая кабинка душа, посередке небольшой стол, уже сервированный. Действительно, не гостиничный номер, но вполне сносно. Кроме того – здесь было тепло.
– Да ты проходи, не стой столбом, расчехляйся. Ужинать будешь?
Я глянул на стол с местными деликатесами. Подозрительного вида зелёные с жёлтым продолговатые фрукты, серый хлеб, ломтики копчёного, с прозеленью, мяса. И ещё какие-то нарезанные куски белёсой, с зернистой структурой, хрени. Сало, что ли? Бог ты мой. Как они это едят? Полуобработанная жировая прослойка чёрт знает какого животного. Букет незнакомых запахов определённо не внушал доверия и аппетита не пробудил.
– Спасибо, я не голоден. За компанию – посижу.
В карманах моей куртки лежали пищевые галеты, предусмотрительно захваченные с корабля. Витамины, аминокислоты, белок, клетчатка. Пять пачек, одной хватает, чтобы обеспечить потребности организма на сутки. Находиться здесь долго не придётся, поэтому незачем жить по местным правилам. Можно остаться самим собой, со своими вкусами и предпочтениями.
– Ха. Тогда плесни ему, Грегори, пивка, чтоб руки не пустовали.
– А то.
Последовав примеру хозяев, я тоже скинул куртку. И тут же заметил, как оба озадаченно уставились на меня. Макс перестал жевать ломоть мяса, а Грегори даже забыл про пузырь с пивом, едва не пролил, наполняя мою кружку. Оружие их, что ли, заинтересовало? Да, немного не по правилам, в стандартный комплект личного оружия пилота должен входить игломёт «Штопальщик», но мне больше нравился «Универсал», совмещённый вариант игломёта с нейро-разрядником. То, что оружие тяжелее почти вдвое и дороже вчетверо обычного игломёта, меня не смущало, я не бедствовал. Зато «Универсалы» мощнее. Да и я – не обычный пилот.
– Ты куда так торопишься? – наконец спросил Грегори.
– Ты о чём?
– Комбинезончик не тесноват? – ухмыльнулся Макс. – Или ты живёшь по принципу «всё стерплю, лишь бы попижонить»?
Ах вот оно что. Комбинезон им не понравился. Что правда, то правда, хороший пилот-комбинезон стоит больших денег. А мой был весьма неплох, с Новы-2, эта технологически развитая планетка из Федерации славится качеством своего товара, Кассид регулярно заходит на неё для пополнения трюмов «Забулдыги».
– Я так привык, – коротко обронил я, не собираясь что-то объяснять и оправдываться. – У каждого свои предпочтения.
– А спать тоже будешь в нём? Все пилоты, конечно, в чем-то мазохисты, но чтобы до такой степени…
Мастак этот парень трепаться. Я же не знал, что мне придется здесь заночевать. Предполагал – сразу по машинам, и в путь.
Я невозмутимо шагнул к столу и опустился на свободное местечко, как раз напротив Макса. Не удержавшись – не всё же им меня подкалывать, с легкой иронией уточнил:
– Так ты говоришь, Болтун – твоё прозвище?
Но Макс лишь улыбнулся ещё шире, до предела растянув чёрную полоску усиков по верхней губе. Чем-то он сейчас смахивал на хитрого и озорного кота-ловеласа:
– Ага. Хочешь сказать, соответствую? Так в этом нет ничего удивительного, просто так клички не прилипают. Всё наше звено «Грозовых Стрел», кстати, – сплошное «б». Грегори у нас – Булочка, я – Болтун, есть ещё Большой Саня, Борода, Бонус и наш командир, Бола. Единственная женщина в нашей команде, кто совершенно не признаёт кличек – Шайя. Да и наш командир, безусловно, тоже вне прозвищ. Хотя бы потому, что его родное имя вполне созвучно нашему списку «б».
– Не слушай его, – Грегори Верный со странным прозвищем Булочка скривился, выражая вялое пренебрежение к словам приятеля. – На самом деле капитан Бола – не из тех людей, к которым прилипают клички.
– Это верно, – с преувеличенным энтузиазмом тряхнул черной гривой Хуллиган. – Бола суров, но справедлив! За что его и любим.
– Угу. Особенно ты. Любишь. После очередных выволочек. Таких любителей трепаться и откалывать номера, как ты, ещё поискать, капитану больше делать нечего, как за тобой присматривать.
– Булочка, только не при посторонних, – дурашливо взмолился Макс, с горестной миной всплескивая руками, – не надо портить мой суровый имидж боевого пилота!
– Кто-нибудь мне может сообщить точное время отправления? – Разговор меня отчасти забавлял, ребята вроде нормальные, но не люблю бессмысленных задержек. Давно уже хотелось «покататься».
– Роботы конвоя находятся в ремонтном цехе, техники выправляют мелкие повреждения, – откликнулся Макс. – Готовы будут к утру, часам к шести, вот тогда и двинем.
– «Шершень» и «Кровавый Гончий»?
– Разглядел-таки. Они самые, милашки. «Кровавый Гончий» – мой, а «Шершень» принадлежит Булочке. Должен тебя просветить, что ночью температура опустится до минус тридцати, не самый благоприятный режим для путешествия. Так что утром – в любом случае лучше.
– Для ИБээРа это значения не имеет – день или ночь. Как и низкая температура.
– Знаю, но в конвое будет и более легкая техника, без такой брони, как у «мехов». Если что-нибудь откажет, Дикий Лес вполне может воспользоваться.
Опять Дикий Лес.
– Тогда, может, стоит хотя бы распаковать транспортный кокон? Чтобы не терять времени утром?
– Поедет в коконе. – Отмахнулся Болтун. – Целее будет. И не спорь, это не моё распоряжение, а интендант-полковника Грога.
Я заставил себя расслабиться. Спор действительно не имел смысла. Придётся ждать. И совершенно незачем считать время потерянным зря. Да, в инфосети обычно можно получить большую часть ответов на большую часть вопросов, но немало можно узнать и с помощью живого общения.
Стараясь не обращать внимания на то, с каким аппетитом Макс уплетает свою подозрительную снедь, я бросил пробный якорь:
– Я заметил с орбиты, вы тут неплохо укрепились.
Ответил, как я и предполагал, Макс. Булочка был не так словоохотлив, кроме того, ужинать он явно предпочитал молча, а Болтуну набитый рот не мешал.
– А мы научены горьким опытом. Сперва «миротворцы», местные их ещё называют «мясоедами», естественно, хотели захватить космодром. – Макс быстренько запил очередной кусок пивом и продолжил. – Погодные спутники были сбиты или захвачены без особого труда, а боевых спутников у Двойного Донца никогда не было. Такое начало, понятное дело, серьёзно ограничило возможности местной разведки. Но очень быстро выяснилось, что «мясоеды» пытаются откусить больше, чем могут проглотить…
Ну, краткую историю этой войны я знал и без него.
Если сжать многостраничный исторический отчёт с кучей статистических данных и ссылок в коротенький реферат, то получится примерно следующее. Около тридцати лет назад у «миротворцев» Гармоники пришёл к власти властолюбивый, агрессивный и весьма веронетерпимый лидер, чужое религиозное учение, пусть и на соседней планете, начало ему мешать. Кроме того, «миротворцам» надоело отвоевывать само право на жизнь в бесконечных сражениях с природой почти круглогодично заснеженной родной планеты. Полагаю, основной причиной интервенции послужила именно эта борьба с природными условиями – ураганами, метелями, холодом, а не религия.
На Двойном Донце климат был не в пример мягче.
Поневоле мягче были и люди.
Но когда спустя тридцать лет после начала политических и экономических трений первый боевой отряд суровых, закалённых душой и телом воинов-«миротворцев» попытался высадиться возле космодрома, в расчете мгновенно сломить сопротивление недотёпистых соседей, то вместо победы крепко получил по зубам. Разведка «миротворцев» оказалась не на высоте – всего за несколько месяцев до высадки «агностики» наняли «Правопорядок», дочерний филиал «Коммерческой охраны», отколовшийся от материнской межпланетной организации, и решивший пуститься на вольные хлеба, в самостоятельное плавание по жизни. Но «миротворцы» этот момент проморгали. Их отряд был разбит, а притащивший их транспортник поспешно снялся с орбиты и убрался восвояси с сообщением о поражении.
Дальнейшая война развивалась довольно странно по общепринятым меркам. Соперники практически не применяли космической и атмосферной техники, на это не хватало средств, бои в основном шли с применением людских ресурсов и техники наземной. Благо боевые роботы, давно вошедшие в военный обиход всех более-менее развитых миров, как нельзя лучше подошли для этой задачи. Двойному Донцу удалось отразить ещё две мощные волны интервенции соседей, каждую с интервалом в три планетарных месяца, на десантных транспортниках «миротворцев» не имелось даже подпространственных двигателей, и ровно столько времени им требовалось, чтобы достигнуть Двойного Донца. А на четвёртой волне везение «Правопорядка» закончилось. «Миротворцы» изменили тактику и стратегию нападения. То ли поумнели, наконец, то ли у них сменился военный лидер. Особенно крупное формирование, высадившееся на планету два года назад, сумело полностью захватить несколько периферийных городов, рассредоточенных вокруг Конкоста – столицы Двойного Донца. И стратегический плацдарм был завоёван. На какое-то время обе воюющие стороны, обескровленные в боях, затихли, чтобы зализать раны и восстановить силы, пополнить ресурсы, затем командование Военной Бригады «миротворцев», не успокоившись на достигнутом, возобновило наступление…
– …По мировоззрению аборигены Двойного Донца убежденные пацифисты. То есть, они знают, за какой конец оружие держать, с собственной природой им приходится держать ухо востро, но против таких же двуногих, как они, им сражаться слабо. Но! – Макс Болтун многозначительно воздел указательный палец, с мастерством опытного рассказчика акцентируя внимание паузой и жестом. – По крайней мере, у них хватило ума нанять тех, кто может! Сечёшь?
Я слабо кивнул. Тепло, пиво, непринуждённая обстановка за ужином в комнате пилотов всё-таки помогли расслабиться, реагировать более активно стало не в кайф.
– Они наняли «Правопорядок», организацию хоть и коммерческую, но вполне боеспособную. А те, в свою очередь, привлекли льготными контрактами в свою команду отличные мехзвенья – «Грозовых Стрел», «Коматозников», «Фантомов»… Что так усмехаешься?
– Знакомая история, – пояснил я. – Сам был когда-то участником подобных событий. Мирные по натуре люди обычно не способны защититься от агрессивных… гостей. Без помощи со стороны.
– А-а, – Болтун слегка посерьёзнел. – Понятно. Лично мне, несмотря на мою профессию, тоже не нравятся подобные истории. Хотя, надо отдать им должное, благодаря таким «гостям» у меня есть работа и кусок хлеба. Но я бываю мирный и пушистый, как наш Булочка. В такие минуты хочется верить, что когда-нибудь засранцы вроде «миротворцев» с Гармоники, переведутся.
– Боюсь, такого никогда не будет, – меланхолично заметил я, думая о своём. – В силу объективных закономерностей существующего мира контролируемые войны стимулируют развитие отдельных цивилизаций и рас, в нём обитающих, увеличивают потенциал выживаемости в целом. Трагедия одного разумного существа или даже одного народа малозаметна и почти никогда не учитывается на фоне благоденствия и процветания огромного большинства.
Макс озадаченно открыл рот, посмотрел на своего приятеля, затем снова уставился на меня:
– Слушай, Булочка, а что это он такое умное сказал? Что-то я ни черта не понял. А ты?
– Торопишься заработать себе прозвище? – довольно ядовито осведомился Грегори Верный. – Могу подобрать. Например – Пижон? Устраивает?
– Да нет, меня вполне устраивает собственное имя, – с холодком в голосе парировал я. – Макс, ты, кажется, рассказывал про «миротворцев»?
– Да, пока ты меня не сбил с мысли своей заумью… Так вот, после неудачной атаки в лоб они взялись за периферию, практически не обладавшую защитой. Высадили ударные отряды, быстро захватили пару малонаселенных городков и закрепились. За два года войны после высадки четвертой волны из шестнадцати городов мы потеряли уже девять. Лично я не вижу возможности остановить «мясников» с тем, что у нас есть на данный момент. «Коммерческая Охрана» давно порвала с «Правопорядком» всякие деловые и торговые связи, а без ее поддержки мы буквально задыхаемся от нехватки ресурсов… От «Гряды», это фортификационный узел восточного участка фронтовой зоны, где сейчас по данным разведки наблюдается некое оживление «миротворцев», до космопорта – сто шестьдесят километров. Доплюнуть можно. И за форпостом ничего нашего уже нет. А от космопорта до Конкоста, если продолжить прямую, всего шестьдесят. Довольно мало территории у нас осталось, не находишь? Мы проигрываем войну. «Агностики» надеются на чудо, которое спасёт их народ, их веру и культуру. Я реалист и такого чуда не жду. Продержимся, сколько сможем. А потом придётся собирать манатки и искать других работодателей.
– Мы всё равно победим, – пробормотал Булочка с закрытыми глазами. Он уже закончил ужин, и теперь с сонным видом клевал носом на стуле. Полностью заснуть ему, видимо, мешал наш разговор.
– Ну, что я тебе говорил? Грегори – единственный из местных, кто сумел получить квалификацию пилота. Вернее, единственный, кто захотел ее получить. Но он всё ещё верит в чудеса. Эй, Грегори, дружище, почему бы тебе не прилечь? Чего маешься? Никуда наш гость не сбежит, утром ещё пообщаешься.
– Мне и здесь неплохо…
– Любит, бедолага, общаться, – с дружеской насмешкой пояснил Макс, кивая на нахохлившегося Грегори. – Новые инопланетники здесь появляются нечасто.
Что-то я не заметил, чтобы Булочка проявлял особый энтузиазм в разговоре.
– Вы используете только боевых роботов и вспомогательную наземную технику, – вернул я Макса к интересующей меня теме. – Я правильно понял? Летательные средства…
– Все так называемые «летательные средства» дороговато обходятся в эксплуатации, – Макс хмыкнул, – а когда их сбивают на землю, от них мало что остается для повторного использования. Эти штучки актуальны только для больших войн. А если учесть ещё и местные особенности… Нет, кое-что у нас есть, транспортные глайдеры, к примеру, но мы бережем их для особых случаев, защиты у них никакой, из пальца сбить можно, а то, что попадает в Дикий Лес, искать бесполезно и даже опасно. Дешевле – забыть.
На этот раз я не выдержал:
– Дикий Лес? Я в который раз слышу…
– Так ты что, совсем не в курсе, почему этот мир называется Двойным Донцем? Хе-хе, и как только тебя, такого наивного, сюда занесло?
– А это имеет какое-то значение для работы, ради которой я нанят? – я слегка ощетинился. Каждый по-своему реагирует на завуалированные обвинения в некомпетентности. Урезанный доступ к сетевой информации планеты сказался, как всегда это бывает, в самый неподходящий момент. Да и сам я иногда бываю поразительно небрежен. Следовало получше покопаться в базе данных «Забулдыги», Кассид здесь уже бывал, наверняка что-нибудь отыскалось бы и об этом непонятном «Диком Лесе».
Макс, наконец, насытился, откинулся на спинку стула, отхлебнул пива. Охотно пояснил:
– Ещё бы. Самое непосредственное. Зимой в Дикий Лес лучше не соваться. Он хоть и спит, но пара дежурных глаз у него всегда на стреме. А его стражи могут поспорить силой даже с боевыми роботами. Загляни в библиотеку, почитай. Ради собственной безопасности. Сколько бы ни длилось твоё задание, а столкнуться с Диким Лесом тебе, скорее всего, придётся. Стоит выйти за периметр космодрома или просто сойти с наезженного тракта – он повсюду, куда ни плюнь. Опомниться не успеешь, как схватит за задницу.
О проекте
О подписке