Как бы Эдион ни храбрился, его здоровье пока никуда не годилось. Первые дни ноги отказывались его держать. Он даже толком помочиться не мог. Аэлине пришлось ему помогать. Эдиону было настолько стыдно, что он никак не мог заставить проклятую мочу вылиться из него. Аэлине не оставалось иного, как затянуть похабную солдатскую песню, где рассказывалось о подобных трудностях.