Она узнала его сразу, словно почувствовала. Заметила лишь краем глаза силуэт, но сердце уже дрогнуло, а потом припустило в бешеном ритме. Так теперь было часто, почти каждую ночь Кира просыпалась от частого сердцебиения. Долго лежала, успокаивая себя, но все равно приходилось пить капли, чтобы унять это волнение и разбушевавшееся сердце.
Вот и сейчас любимый капучино с любимым пирожным в отличном кафе встали ровно поперек горла. Она с трудом сделала глоток, обжигая язык, отодвинула тарелку, боясь повернуться. Может быть, он и не заметит ее, и она уйдет спокойно.
Посмотрела в окно, снаружи под проливным весенним дождем по центральному проспекту спешили люди. Раскрытые зонты мелькали разноцветными пятнами, свет фонарей отражался от проезжающих машин, неоновые вывески мигали в разлитых лужах.
Киру сюда загнал именно дождь. С недавних пор она его не любила, еще больше не могла находиться в машине, когда капли барабанили по крыше, и от влаги запотевали окна.
Еле-еле на парковке нашла свободное место, добежала до крыльца кафе, но все равно промокла почти вся. Не сразу, но нашла свободный столик, небольшой, у самого окна.
Но люди за окном сейчас не отвлекали, даже размышление о новом проекте не приносило радости и азарта, как это у нее часто бывало. Кира спиной чувствовала его присутствие, отложила блокнот с карандашом, замечая, что сжимает его в руке так, что уже слышен хруст.
Он не один, с ним девушка. Ревность проскребла по бьющемуся в бешеном ритме сердцу. Прикрыла глаза, медленно досчитала до двадцати. Надо уходить. Она не сможет смотреть ему в глаза.
Не хочет.
Не готова.
Не сейчас.
Никогда не будет готова.
Медленно стянула резинку, распутала тугой пучок волос, чтобы прикрыть ими лицо. Встала, бросила блокнот в сумку, на стол – денежную купюру. Начала медленно пробираться между близко стоящих столиков. Увлеченная своей конспирацией, не заметила официанта, тот резко развернулся, Кира наткнулась на поднос, который полетел прямо на нее.
Жуткий грохот на весь зал, кажется, даже музыка притихла, что до этого чуть слышно лилась из динамиков. На нее посмотрели все. Сжимает губы, смотрит на залитую вишневым соком белую футболку и стекающие по голым ногам красные потеки.
– Ой, девушка, извините ради бога. – Официант оправдывается, протягивая ей салфетку.
– Ничего, сама виновата, – чуть слышно, все так же наклонив голову, закрываясь волосами.
Господи, как стремно все это, она взрослая женщина, ей тридцать три года. Она прячется, маскируется, хочет сбежать, только бы не видеть того молодого мужчину и не встречаться с его пронзительным взглядом и такими до боли любимыми голубыми глазами.
Снова тяжело выдыхает, поднимает голову, убирая волосы. Открыто смотрит на парнишку-официанта. Обводит взглядом зал.
– Все хорошо. Спасибо, – принимает салфетку.
Снова чувствует жар плечом, он сидит именно там, справа, с молоденькой курносой блондинкой. Заставляет себя повернуться в ту сторону, чтобы показать, чтобы доказать самой себе, что она излечилась, что она когда-нибудь излечится.
Он стал старше. Светлая приталенная рубашка, волосы подстрижены короче, чем были, нет той лихой челки, которая постоянно падала на глаза, а Кира так любила зачесывать ее назад, оттягивая волосы до легкой боли, целуя при этом в губы.
В горле сразу пересохло. По спине потянулись противные капли холодного пота от надменного взгляда голубых глаз. Кира кивнула, быстро отвела глаза и свернула в сторону уборной. Ей не понравился, ой как не понравился этот его взгляд. Ну хотя, что она ожидала? За что боролась, на то и напоролась. Она думала, что все сделала правильно, но от этого стало только хуже.
Руки тряслись, умылась холодной водой, посмотрела на себя в зеркало. Лицо осунулось, какая-то рабочая футболка, короткая джинсовая юбка. Вид бедной, несчастной, замученной бабы. Ее привычная одежда для работ у заказчика. В сравнении с этим молодым мужчиной она выглядела так, словно три дня не ночевала дома.
Снова поймала себя на мысли, что не может даже про себя произнести его имя. Словно оно причинит еще большую боль, чем есть. Громко хлопает за спиной дверь. Кира резко поднимает голову, встречаясь именно с теми голубыми глазами, которые совсем недавно прожигали ее насквозь.
Мужчина медленно подходит ближе, опирается руками по обе стороны от нее, зажимая Киру между своим сильным телом и раковиной.
– Ты все так и продолжаешь бегать от меня?
Голос низкий, хрипловатый. Двигается ближе, Кира чувствует жар его тела, запах – цитрусы и свежесть, от него кружит голову. Дыхание щекочет шею, а одна рука уже скользит по обнаженному бедру.
– Не надо.
– Что не надо?
– Не надо, Ян. – Имя скребет горло.
– Почему всегда решаешь ты, что надо, что не надо?
Кира цепляется до белых костяшек за раковину. Кожа горит под пальцами мужчины, которые уже забрались под короткую юбку. Господи, как она скучала по ним. Словно долбаная наркоманка.
– Ян, перестань.
– Раньше ты не останавливала меня, а просила еще. Или кто-то другой делал это лучше меня?
Внимательно смотрит через зеркало в его лицо. Совсем другой, словно чужой, не ее сумасшедший мальчик.
Совсем не ее.
Стал старше, плечи шире, руки грубее и настойчивее. Хотя прошел всего один год, длинный, безумно одинокий, полный слез и терзаний год.
Он задирает юбку выше, отодвигает тонкую полоску трусиков. Кира, словно парализованная, не может даже сдвинуться с места, только шепчет:
– Ян, пожалуйста. Не надо.
– Ты права, могут зайти.
Резко хватает за плечи и заталкивает в первую попавшуюся кабинку. Тут же ее юбка задирается до талии, настойчивые пальцы отодвигают в сторону белье.
– Почему ты такая мокрая?
– Ян… – Дыхание сбивается, из груди вырывается то ли стон, то ли всхлип, когда пальцы мужчины проходятся по половым губам, собирая влагу ее возбуждения.
Звук расстегивающегося ремня, шелест одежды. Резкий толчок, он заполняет ее сразу, до конца. Левой рукой задирая футболку и до боли сжимая грудь, оттягивает чашечку бюстгальтера, зажимает между пальцами затвердевший сосок.
– Черт, – хрипит, резко вбиваясь.
Моментальная волна удовольствия проносится по телу. Словно цунами, разрушая все на своем пути.
Толчок. Еще. Резко. До боли. До сладкого удовольствия, растекающегося по телу. Оргазм накрывает неожиданно, разрываясь огненным шаром в груди на мелкие частицы, разрывая на эти же частицы ее сознание. Кричит, закрывая рот ладонью, прикусывая ее.
Мужчина кончает следом, дергаясь внутри, теплая сперма стекает по его члену и бедрам. Он крепко за шею прижимает Киру к себе, часто дышит, до боли и хруста сжимая плечи.
– Думал, забуду. Не получилось.
Выходит из нее так же резко, разжимая руки, Кира чуть не падает, хватается за стены. Позади нее хлопает дверь, льется вода.
– Ой, мужчина, а это женский туалет.
– Да? Я, видимо, перепутал. Уже ухожу.
– Ой, ну что вы. Вы ничуть не мешаете.
Женский смех, вода больше не льется. А Кира больше ничего не слышит.
Не видит.
Не чувствует.
Разворачивается, оседает на унитаз, зажимая рот рукой, глотая слезы и накатившую истерику. Он даже не произнес ее имя. Ни разу. Воспользовался, как вещью, наказывая и унижая.
Она знает, за что.
Она заслужила.
На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Грешница», автора Ольги Викторовны Дашковой. Данная книга имеет возрастное ограничение 18+, относится к жанрам: «Эротические романы», «Современные любовные романы». Произведение затрагивает такие темы, как «повороты судьбы», «любовные интриги». Книга «Грешница» была написана в 2022 и издана в 2023 году. Приятного чтения!
О проекте
О подписке