Она, как и бабушка, честно призналась мне том, что самое страшное для неё – перспектива остаться никому не нужной. Эта установка уходит глубоко в века и прячется в коллективной памяти. Женщины жертвовали своими целями и возможностями, потому что боялись остаться одни.