В груди происходит атомный взрыв, когда Мирон дёргает меня на себя, и я не сопротивляюсь – падаю в его объятия, опрокинув его на кровать.
Мы сталкиваемся губами в жутко нежном ленивом поцелуе. Который больше про чувства, чем про прелюдию и похоть. По крайней мере, мне хочется так думать. А не то, что это плод моего влюбленного воображения.
Мирон двигает нас выше, пока мы не добираемся до подушек. Его руки обнимают меня, и мне хорошо. Потрясающе. Волшебно. Невероятно. Рядом с ним я ощущаю себя дома.