Если что-то случится с Клариссой, она, Салли, не то чтобы умрет, но и не вполне уцелеет. У нее – и уже навсегда – будет все не так. То, что ей хотелось бы сказать, связано не только с радостью, но и с оборотной стороной радости – неотвязным страхом. Со своей собственной смертью она еще кое-как может смириться, с Клариссиной – нет. Их любовь с ее уютным постоянством поставила Салли в зависимость от механизма смертности как такового. Есть потеря, которую невозможно представить. Есть путь, которым можно следовать от настоящего момента, спеша к метро в Верхнем Ист-Сайде, сквозь завтра, послезавтра, послепослезавтра и до самого конца своей и Клариссиной жизни.