Отчаяние человека и зверя, который тоже вынужден был наблюдать за гибелью своей пары, переплелись. Эля умирала, взгляд угасал, а сущность шатхи истончалась, грозя исчезнуть навсегда. Зверь обезумел, понимая, что его пара уже никогда не возродится и он обречен на вечное одиночество. Боль раздирала и выжигала душу.
Хант увидел