Посвящается моей бабушке, которая давно перестала верить, что мечты реальны.
Мое имя Элизабет Берт, мне двадцать шесть лет, на данный момент я безработная, но пытаюсь решить эту проблему. Недавно назад я вернулась из Швейцарии, где прожила три года со дядей и его женой.
Сейчас я живу со своей сестрой и ее маленьким сыном на Гарс-стрит.
У меня нет друзей, здесь, в этом районе, да и вообще в этом городе. По прибытии в родной штат мой дядя – Сэм – сразу записал меня на посещение психиатра и все оплатил.
Психиатр думает, что я избегаю общества людей, потому что боюсь быть не понятой, хотя я так не считаю.
В свои четырнадцать лет я мечтала, как и любой другой подросток, путешествовать, перепробовать всю еду, какая только есть на свете, научиться играть на тромбоне, любить, испытывать все эмоции, – жить.
Но потом что-то случилось, и я начала отстраняться от своих желаний.
В семнадцать мне поставили смертельный диагноз, я справилась с болезнью, а после потеряла родителей…
Этого я не смогла пережить. Пять лет я находилась в забвении, будто в очень плохом фильме. Я жила вместе со своей сестрой – Бет – и семьей дяди в родительском доме. Окончив школу, я решила поступить в местный колледж, но после двух с небольшим лет обучения ушла. Мне потребовалось повторное лечение, и меня отправили на реабилитацию. Мне хотели помочь побороть депрессию, но мне не нужна была помощь, я не хотела, чтобы меня спасали.
Время пролетело незаметно, плохое кино стало еще хуже. Когда мне исполнилось двадцать три, Сэм объявил, что улетает с женой в Швейцарию, и сказал мне ехать с ним, Бет не хотела уезжать, но я знала, что она и без меня справится. Она только оканчивала колледж, ей не хотелось расставаться с родным местом.
Три года в Швейцарии дали мне новое начало. Я прошла курс реабилитации, как душевно больной человек с ОКР, устроилась на работу в небольшой книжный магазинчик, освоила конную езду, у жены дяди – Сесилии – была подруга, которая владела конюшнями. Я очень полюбила лошадей. Через год после пребывания Бет объявила, о рождении ребенка и что его отец сбежал, так и не приняв ответственность. Я была готова вернуться, но Бет сказала, что сама справится. На третий год пребывания в Швейцарии кое-что случилось, это вынудило меня немедленно ее покинуть. И больше не вспоминать об этом месте.
Поэтому я решила вернуться. К сестре, к маленькому Джиму.
К старому началу.
Теперь я искала новую работу.
Уже три дня Бет таскала мне газеты, где я искала подходящую для себя работу. Но безуспешно – везде требовался опыт и рекомендации, которых у меня не было. В Швейцарии я не задумывалась о завтрашнем дне, а вновь очутившись дома, эти мысли снова окутали меня как шерстяное одеяло, из которого я хотела выбраться.
– Лу, сколько объявлений ты уже обзвонила?
– Пять, не считая одного психа 18 лет, которому нужна сексуальная няня.
Мы с Бет хихикнули.
– Все так плохо? – спросила сестра.
– Везде нужны рекомендации, опыт, а у меня их нет, – простонала я.
Хоть я и работала в Швейцарии в небольшом книжном магазине, это не могло принести мне много пользы при составлении резюме. Я даже не знала, что ищу. Пока Бет не дала мне газету, в которой одно объявление она обвела.
– Вот.
Я взяла газету и начала читать:
«Требуется няня, которая хорошо ладит с детьми. Опыт работы не обязателен, и так далее, и тому подобное. Обращаться по номеру: 3283466 – Дэниел Митс».
Я зажмурила глаза, сделала глубокий вдох и сказала:
– Ладно.
Набрала номер, и стала ожидать, слушая гудки. Ответил негрубый голос, говорил он правильно и быстро, но, к сожалению, не представился, сказал, что в семье четыре ребенка, назвал адрес и сказал, что они будут рады принять меня сегодня вечером и посмотреть, найду ли я общий язык с детьми.
Я положила трубку и через минуту размышлений сказала сестре:
– Бет, четыре ребенка.
Сестра поначалу удивилась, но ее лицо быстро смягчилось, и она ответила:
– Лу, ты справишься, дети – цветы жизни, помнишь? Что наденешь? – спросила сестра.
– Черт, а что, нужно что-то официальное? – спросила я с гримасой боли, и так зная ответ.
– Конечно!
– Бет, ты же знаешь, если в одежде мне будет некомфортно, я не смогу сосредоточиться. И налажаю.
Сестра закатила глаза и сказала мне собираться, а сама пошла в свою комнату проверить, спит ли Джим.
У меня было не так много официальной одежды, пришлось соображать на ходу. Учитывая, что я из своей кофты не вылезала две недели, мои сборы затянулись. В итоге я надела черные зауженные брюки, свободную блузку бирюзового цвета и темно-алый жилет.
Приехав на Авеню Гарден, я поняла, что совершенно не подготовлена к такому шикарному месту, я растерялась, частные дома, которые предназначены только для богачей, и в голову пришлась мысль, что я недостойна этого места. Навряд ли возьмут такую, как я, ведь я была из «простых» смертных, а внешний вид не превышал тридцати долларов. Простояв около пяти минут на улице, разглядывая сады домов и фасады, я наконец вышла из ступора и направилась к дому 5B. Я подошла и позвонила в звонок. Никто не открыл, я простояла три минуты, но звуков и шагов с противоположной стороны двери так и не последовало. Я позвонила еще раз. Тишина. Я уже собиралась уходить, когда услышала чей-то голос за дверью, я прислонилась к ней, чтобы хоть что-то уловить. В это время она открылась, и от неожиданности я покачнулась назад, но чья-то рука успела притянуть меня к себе.
– Вы в порядке? Не ушиблись? – спросил мужчина, который только что спас меня от столкновения с большим цветочным горшком. Передо мной стоял мужчина, на вид лет тридцати – тридцати двух, в деловом костюме и с хорошо уложенными волосами. Я взглянула на него и поспешно ответила:
– Да, спасибо, я порядке.
Он отпустил мою руку, посмотрел мне в глаза и спросил:
– А вы, собственно, кто?
– Меня зовут Элизабет Берт, я по объявлению… По объявлению Дэниела Митса, но, кажется, это не вы говорили со мной по телефону.
Мужчина внимательно меня осмотрел, после чего сказал:
– Не я, проходите, я позову Дэниела.
Он повернулся и хотел было направиться в другую комнату, как повернулся и заговорил:
– Том Лэнгтон, – сказал мужчина, пожав мне руку. – Вы, должно быть, по объявлению гувернантки, мисс Берт?
– Да, именно так, по объявлению, – говорила я, пожимая руку Тома Лэнгтона. Я смотрела в его глаза, что-то в них было такое пронзительное, чего я не могла понять, но что до боли было знакомо мне самой.
– Хорошо, пройдемте, – повторил Том Лэнгтон и громко сказал: – Дэниел, пришла Элизабет Берт.
Из соседней комнаты вышел мужчина, на вид лет тридцати, афроамериканец, в таком же деловом костюме, как и мистер Лэнгтон.
– Привет, Луиза, я Дэниел Митс, – с улыбкой на лице сказал он. – По телефону вы разговаривали со мной, – добавил Дэниел.
– Приятно познакомиться, – сказала я и пожала Дэниелу руку.
– Няня нужна для детей Тома, а я адвокат Тома и по совместительству его сводный брат, – с неподдельной улыбкой сообщил Дэниел.
Дэниел производил впечатление легкого и лучезарного человека, и от этого мне стало легче.
– Пройдемте, мисс Берт, – сказал мистер Лэнгтон.
Я последовала за мужчинами в гостиную, по пути рассматривая дом. Он был очень богато обставлен: картины, висевшие на стенах, сабли эпохи Ренессанса, фотографии членов семьи, я полагала.
– Присаживайтесь, мисс Берт, – сухо сказал мистер Лэнгтон, – Вы принесли с собой какие-нибудь документы, рекомендации? Мне нужно будет взглянуть на ваш диплом и медицинскую карточку.
Я молча кивнула и передала ему папку со всеми своими данными, ну… почти со всеми. Пока Том Лэнгтон углубился в изучение моего резюме, Дэниел задавал мне вопросы.
– Расскажите о себе, Луиза, – попросил Дэниел, передавая мне кружку воды. Я улыбнулась ему в знак благодарности, сделала глоток и начала говорить:
– Мое полное имя Элизабет Берт, мне двадцать шесть лет, выросла в штате, училась в местной школе, опыта работы нет, была волонтером в школьной организации «The World», жила в Швейцарии последние три года, работала в небольшом книжном магазине, судимостей нет, умею готовить, водить машину. Люблю детей.
После этой реплики Том Лэнгтон встал и удалился в другую комнату, увлеченный моей автобиографией.
– Прошу прощения, у Тома иногда отсутствует такт. Продолжим, какое у вас образование? – спросил Дэниел.
– Среднее специальное, – ответила я и закусила губу.
Дэниел Митс поднял брови, он был удивлен.
– Элизабет, вам двадцать шесть и у вас нет хотя бы высшего образования?
В это время вернулся мистер Лэнгтон, моя папка была закрыта. Сначала я посмотрела на папку, а потом на мистера Лэнгтона и снова закусила губу. Мистер Лэнгтон присоединился к дискуссии, и я продолжила:
– Эээм… Личные семейные проблемы заставили меня отказаться от высшего образования, – ответила я. Дэниел хотел было что-то спросить, как его прервал Том Лэнгтон:
– Мисс Берт, о вас достаточно мало данных, и вообще у вас нет никаких достижений, или конкретного направления в профессии. С чего вы взяли, что подходите на эту должность. В ваши рабочие обязанности будет входить уход и присмотр за моими детьми. Но я не вижу в вас нужных навыков. Дак… Почему вы считаете, что подходите на эту должность?
Дэниел Митс серьезно посмотрел на мистера Лэнгтона, и тот передал ему мою папку. Мое сердце стучало быстрее, чем обычно, на секунду закружилась голова, но я собралась с мыслями и ответила:
– Я обладаю достаточными навыками для этого работы. Да, я не работала гувернанткой, но спешу вас заверить, я работала с детьми. С ними не нужно быть строгим учителем или надзирателем, разве нет? Мне кажется… Их нужно уважать, и ты получишь уважение взамен. Вы так не думаете?
Мистер Лэнгтон лишь кивнул.
– Думаете, вы справитесь с этой работой? – спросил мистер Лэнгтон. – Это мои дети, мисс Берт, самое важное, что есть в моей жизни. И нервы они трепать умеют.
– Я быстро приспосабливаюсь и могу найти общий язык с подростками, – уверенно сказала я.
Мистер Лэнгтон смотрел мне в глаза, и я ответила тем же, на этот раз мой взгляд был тверд, во мне играла уверенность.
– Хорошо, – прервав нашу дуэль гляделок с мистером Лэнгтоном, сказал Дэниел, и я перевела взгляд на него. – Кстати, зовите меня Дэн, меня так все называют.
Я улыбнулась ему в ответ.
– Ладно, вкратце поведаю вам о четырех негодниках Тома, ребята они хорошие, послушные, иногда шалят, ну, в общем, переходный возраст берет свое. Старший – Кевин, ему 17 лет, он самостоятельный, за ним особый уход не нужен. Просто иногда проверяйте, сделал ли он домашнюю работу. Джессика – старшая девочка, ей четырнадцать. В этом возрасте у нее в голове только мальчишки и косметика. Вы должны будете помогать ей с уроками, ходить с ней в магазины, в общем, попытаться стать ей подругой. Младшие: Лейси, ей 8, она трудная девочка, не любит много болтать, так что будет трудно понять, что у нее в голове; Генри, ему 3, неплаксивый карапуз, любит пюре из яблок. Полный список инструкций по уходу за ним лежит в его комнате. Им с Лейси, как вы уже поняли, нужен полный надзор.
Я кивнула.
– Но у вас нулевой опыт, и отсутствуют данные о работе в школе, как вы это объясните? – спросил мистер Лэнгтон.
– Я проходила практику, когда училась в педагогическом колледже, работала и жила с учениками на протяжении двух месяцев по программам обмена, и у моей сестры есть маленький сын, с которым я провожу много времени, – сухо ответила я.
– Вы учитель? – с изумлением спросил Дэниел. – В вашем резюме этого не указано. Дэниел хотел открыть папку и пересмотреть все еще раз, но я заговорила, и он отвлекся.
– Не совсем. Я недоучилась последний год.
– Почему же? – с неподдельным интересом спросил меня Том Лэнгтон. По его взгляду я сразу поняла, что он мне не доверяет и уж точно не доверит мне своих детей, тем не менее я хотела пройти этот путь до конца, поэтому продолжила:
– Личные проблемы, – колеблясь, ответила я.
– У вас не может быть личных проблем, мисс Берт, если хотите здесь работать, я должен все знать о вас.
– Я предоставлю вам информацию позже, в письменном виде, если вы не возражаете, – ответила я. У меня было чувство, что мистер Лэнгтон пытается меня спровоцировать. Дэниел, опять заметив наши взгляды с Томом Лэнгтоном, прервал неловкое молчание:
– Ну что ж, ладно, а сейчас идем знакомиться с детьми, их комнаты на втором этаже, только они решат, подходите вы или нет, – сказал Дэниел.
Поднимаясь на второй этаж, я не могла не заметить великолепие этого дома, этого дворца, здесь присутствовали стили барокко и классики. Поднявшись на второй этаж, кажется, я насчитала семь комнат или восемь. Дэниел и Том Лэнгтон постучали в двери двух комнат, которые были расположены напротив друг друга. Из комнаты слева вышел парень, как я догадалась, это был Кевин, каштановые волосы, карие глаза, настоящий школьный красавчик. На нем была какая-то старая футболка с цитатой Боба Марли на ней. Из комнаты слева вышли две девочки, та, которая была постарше, – Джессика – держала на руках, как я поняла, малыша Генри. У Джессики были длинные светлые волосы, убранные в два хвостика, она была в розовых брючках и футболке, на которой было написано «Hello Kitty». Генри, сидевший на ее руках, был одет в джинсовый комбинезон и сильно прижимался к Джессике. У младшей Лейси были темно-русые волосы, она была в черной однотонной футболке и джинсах, на меня она смотрела безразлично, даже как-то отрицательно. Ребята стояли около своих комнат и смотрели на меня. Дэниел сказал, кто из них кто, хоть я это уже и так поняла.
– Ребята, – позвал их мистер Лэнгтон. – Это Элизабет Берт.
– Просто Луиза, – сказала я.
– Что скажете, ребята? Сможет она составить вам достойную компанию? – спросил Дэн.
– Если хорошо накормит. Луиза, вы умеете готовить? Потому что если нет, то сразу можете отправляться домой, – сказал Кевин.
– Кев, тебе не стыдно? – спросил Дэниел Митс и дал ему оплеуху.
– Последние три месяца мы питаемся исключительно едой из ресторана, а фастфуд нам запрещает отец, поэтому нам очень важно знать, умеете ли вы готовить.
– Кевин, мы заказываем еду высшего класса и сорта, что тебе не нравится? – обратился мистер Лэнгтон к старшему сыну.
Повисло молчание, похоже, что Кевин смотрел на отца с неприязнью, поэтому я решила поскорее ответить.
– Да. Да, я хорошо готовлю, в Швейцарии иногда я помогала своей тете Сесилии в ее ресторане.
– А лазанью умеешь готовить? – спросила Джессика.
Я улыбнулась:
– Какой сыр ты предпочитаешь?
Джессика хотела что-то сказать, но старший брат ее прервал:
– Она нам подходит, – сказал Кевин и пожал мне руку.
– С Кевином никто никогда не спорит, – сказал Дэниел.
– Возвращайтесь к своим делам, – обратился мистер Лэнгтон к детям.
Мы спустились на первый этаж.
– Вы приняты, испытательный срок две недели, все указания вы получите завтра, придете к семи утра и займетесь завтраком. Еще я бы попросил принести ваши медицинские документы, страховку и все остальное. Дэниел даст вам ключ от дома. Вы можете переехать сюда, чтобы не тратить время на дорогу, – сказал мистер Лэнгтон.
Я была огорошена тем, что меня взяли, я уже признала свое поражение, но похоже, что я справилась. Я улыбнулась, но улыбка сразу же спала с моего лица, когда на меня посмотрел мистер Лэнгтон. Что-то в его взгляде меня тревожило, может, немного пугало.
– Я подумаю над переездом, спасибо.
Жить в чужом доме не такая плохая перспектива, как показалось мне на первый взгляд.
На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Фобия быть счастливой», автора Эрин Лэйнворт. Данная книга имеет возрастное ограничение 16+, относится к жанрам: «Остросюжетные любовные романы», «Современные любовные романы». Произведение затрагивает такие темы, как «английские любовные романы», «психические расстройства». Книга «Фобия быть счастливой» была написана в 2019 и издана в 2019 году. Приятного чтения!
О проекте
О подписке