Великий день!
И пусть еще не сегодня, но уже завтра. Бал дебютанток! Бал, где идеальнейший из идеальных лорд Вернер из рода Мигран закружит меня в приветственном вальсе..
Правда, под утро во сне он кружил вовсе не меня. Кого угодно, всех подряд, даже напольные вазы и вяло отпирающихся лакеев, но только не меня. Словно я превратилась в неясную тень, незаметную для кого-либо из присутствующих… Приснится же такое!
Но даже дурной сон не мог испортить мне настроения. Уже по привычке я подскочила с кровати совсем рано, довольно потянулась и… Погодите… Это еще кто?!
Но темноволосая незнакомка смотрела на меня с не меньшим изумлением. Будто это я тут посторонняя, а не она! Нет, и я бы допустила, что это какая-нибудь новая служанка, но… С чего вдруг служанка в моей кружевной ночной рубашке?
– Кто вы?! Что здесь делаете?! – вырвалось само собой, да еще и уж очень громко.
Вот только незнакомка открыла рот одновременно со мной. Но не прозвучало ни звука…
Это же…зеркало.
Я смотрю на собственное отражение!
Остатки сонливости улетучились мгновенно. Но способность соображать ясно никак не спасла ситуацию. Я подскочила к зеркалу, лихорадочно ощупывая свое лицо, волосы, вглядываясь в отражение… Нет-нет-нет, этого быть не может!
– Госпожа, что-то случи… – влетевшая в спальню Мариса так и замерла на пороге с кувшином в руках. – Ой, а вы кто?! Здесь нельзя чужим находиться! А ну, признавайтесь, куда вы дели леди Сильвиру?! – и она так воинственно двинулась на меня, словно кувшин в ее руках мог убивать не хуже рапиры.
И в другой ситуации я бы только обрадовалась, что хоть кто-то в родном доме искренне мною дорожит, но сейчас было уж точно не до радости.
Но я даже ответить не успела, как на пороге нарисовалась сонная и злая моя сестра. Видимо, мой вопль был слышен не только в коридоре, но и в соседней комнате. Съехавший набекрень чепчик на контрасте с перекошенным лицом Ристеллы выглядел донельзя нелепо. Норовил то и дело сползти на глаза, но ей это не мешало осмотреться.
– Что за вопли в такую рань?! Ты совсем с ума сошла?! – сие ласковое приветствие, да прямо с порога спальни, конечно, предназначалось исключительно мне. Но не увидев привычную меня Ристелла в тот же миг рассудила все по-своему: – Ах ты, бестолочь безродная! – она тут же кинулась на Марису. – Ты кого-то из своих подружек в наш дом притащила?! Да еще и самую уродливую подыскала?! Давно пора тебя за твои космы оттаскать…
Но на этом слова у моей милейшей сестры закончились. Остались только междометия. Выплеснутая ей в лицо вода из кувшина совсем не способствовала многословным речам.
Я тут же вернула кувшин обратно ошарашенно застывшей служанке.
– Ристелла, я тебя предупреждала, – спасибо, хоть голос мой при мне остался. – Только попробуй еще хоть раз поднять руку на кого-либо из слуг, я…
Но теперь уже вмешалась наша матушка. Нет, ну какое чудесное утро! У меня прямо день открытых дверей!
– Вы с ума сошли так шуметь, – она даже возмущалась шепотом. – Если отца разбудите, мало не покажется… – и только сейчас ее сонный взгляд замер на мне.
Но прежде, чем она изумленно что-либо спросила, я тихо призналась:
– Матушка, это я, – очень старалась, чтобы мой голос не дрогнул. Ристелле и без того хватит повода позлорадствовать. Пусть хотя бы не видит, насколько мне самой сейчас страшно.
Но надо отдать маме должное. Она хоть и прохлопала ресницами несколько секунд, но тут же изменившись в лице, спешно вытолкала и ошарашенно вытаращившуюся глаза Ристеллу, и не менее шокированную мою служанку. И даже дверь за ними закрыла.
– Сильвира? – смотрела на меня все еще не веря. – Это и вправду ты?
Очень стараясь не разреветься, я быстро кивнула.
Матушка подошла ближе, внимательно меня оглядела. И мне так хотелось услышать хоть что-то утешающее! Только разумом я прекрасно понимала, что не бывает таких временных явлений или болезней, чтобы враз твоя внешность менялась!
Может, я просто еще сплю? И это продолжение дурного сна?..
– Ох, надо же, – матушка нервно закусила губу. – А я как-то уже и забыть об этом успела…
У меня аж ком встал поперек горла. Слова дались с трудом:
– О чем?
– Видишь ли, милая, – она отошла от меня, избегая встречи взглядом. Даже свой чепчик стянула и теперь мяла его в руках, – тут такое дело… В нашей семье передается по женской линии одна…как бы…особенность. В каждом поколении обязательно есть девушка, чья внешность одномоментно в юном возрасте меняется… И…как бы сказать помягче…далеко не в лучшую сторону… Нет-нет! Ты не подумай! Ты вовсе не страшная стала! Это тебе еще повезло. Вот Ламона в свое время обезобразилась настолько, что без слез не взглянешь!
– Ламона? – что-то яснее не становилось.
– Моя сестра, – выдала матушка как само собой разумевшееся. – У меня была родная сестра, разве я не говорила?
– Не говорила, – очень сложно было не вспылить. – И простите за резкость, но о таких особенностях, как наличие внезапных родственников и не менее внезапных проклятий, стоит все же предупреждать заранее!
– Зачем? – она снова захлопала глазами. Сейчас уж очень походила на Ристеллу. – Чтобы вы с сестрой заранее переживали? Ругались бы еще и из-за того, на кого именно из вас падет это проклятье? Но наверняка тебя утешит, милая, что проклятье всегда выбирает самую красивую в поколении. Можешь гордиться!
Вот так себе повод для гордости, право слово!
Я собралась всеми жалкими остатками своего терпения:
– Ладно, допустим, есть некое проклятье, и когда-то так же, как и я теперь, под него попала ваша сестра. Но что с этим делать?! Как Ламона с ним справилась?
– А никак, – матушка пожала плечами, – она и не справилась. Наши родители сбыли ее в монастырь, где она и прозябает до сих пор. Если, конечно, еще жива. Я как-то не особо интересовалась ее участью… Кстати, Ламона в свое время взялась про это проклятье выяснять, что-то там про наших предков узнала. Но я уже и не помню.
– Вы хотя бы знаете, в каком она монастыре? – я уцепилась за последнюю надежду.
– Да, конечно. В Вардеронском.
С ума сойти… Это всего полчаса езды на экипаже от нашего дома! И мама даже не знает, как там ее родная сестра все эти годы?
Но ясно одно: дома мне помощи ждать не стоит. Нужно немедленно найти тетю Ламону и ее расспросить. Наверняка же должен быть способ снова стать собой! И ведь времени в обрез! Бал дебютанток уже завтра!
Все еще не верилось в реальность происходящего. Дурной сон какой-то, иначе и не скажешь! И даже сидя уже в спешащем по сонным улочкам экипаже, я все ждала, что вот-вот проснусь. Нет, я понимаю, что случается всякое, даже о разных чудесах иногда слухи доходили. Но почему-то всегда казалось, что такое бывает только с другими.
Но все мои сомнения в реальности происходящего в общем и собственной тети в частности развеялись, едва угрюмый привратник монастыря пробурчал в ответ:
– Она наверняка в саду. Идите прямо по гравийной дорожке, леди, не заблудитесь.
– Простите, а как мне ее узнать? – ведь вправду я понятия не имею, как она выглядит!
– Ламону-то? – привратник фыркнул в седые усы. – Есть две самые верные приметы. Первая: сумасшедшая. Вторая: страхолюдина. Так что мимо нее точно не пройдете? А вы ей не родственница часом?
Вот уж спасибо за комплимент. Самое то, чтобы окончательно добить мой боевой дух.
– Племянница, – все же ответила я. – И, к счастью, пока в здравом уме.
Все же про «страхолюдину» язык даже не повернулся чего-либо сказать.
На этом весь интерес к моей персоне у привратника закончился. Он махнул рукой в сторону тропинки, огибающей унылую серую громадину монастыря, и принялся с завидным сосредоточением набивать потертую трубку вонючим табаком.
Я и сама не стала задерживаться. Придерживая полы платья, опасаясь наступить на подол, я поспешила по указанной гравийной дорожке. На встречу пару раз попались местные обитательницы в серых робах. Но хоть и кидали на меня любопытствующие взгляды, все равно безо всяких расспросов так и проплывали мимо.
Монастырский сад раскинулся сразу за покосившейся калиткой. Настолько повисшей на петлях, что вряд ли ее вообще можно было нормально закрыть. Надсадно, даже будто бы по-старчески, скрипнув, она пропустила меня в царство буйной зелени.
Вот только куда дальше?
Тут же полно прогуливающихся монахинь! И не то, чтобы с виду красавиц. Да и насчет сумасшествия: вдруг моя тетушка не буйная, а вполне себе тихая, и потому с виду нормальная?
Не придумав ничего умнее, я направилась вглубь сада. Спрошу у первой же встречной монахини, где мне тут найти Ламону из рода Роузлин.
Но спрашивать не пришлось…
То, что передо мной именно моя тетя я поняла сразу же. И нет, не из-за взыгравших вдруг родственных чувств. И уж точно не из-за какого-то озарения свыше. Просто эта странная женщина уж очень подходила под описание.
Она сидела на коленях возле розового куста и что-то под ним то ли выкапывала, то ли наоборот закапывала. Обыденное облачение монахини дополняла вуаль на пол лица. Так, что видны оставались только одни глаза. И, боюсь, не особо симпатичные. Впалые глазницы вкупе с пожелтевшей похожей на пергамент кожей создавали жутковатое впечатление.
Я замерла в нескольких шагах от нее. Вот с чего начать? С простаковского «Здравствуйте, я ваша племянница!»? Или же с вежливо-светской ерунды вроде «Ах, какая сегодня погода! Ах, какие у вас тут розы! Ах, какая у вас в руках лопатка!.. Надеюсь, вы ею не закапываете какого-нибудь предыдущего визитера, посмевшего с вами заговорить?»
Ай, о чем я вообще думаю! Наверняка этот мрачный седой привратник преувеличил! Нет, не насчет страхолюдины. В это-то я прискорбно готова поверить. А вот в сумасшествие верить не хочется.
– Добрый день, – я все же наскребла решительности заговорить. – Прошу прощения, что я вас отвлекаю от столь…кхм…увлекательного занятия. Но вы случайно не Ламона из рода Роузлин?
Она покосилась на меня с явным сомнением. Может, гадала, не иллюзорна ли я. А, может, пыталась припомнить собственное имя. Боюсь, тут любой вариант был вероятен.
Все же выпрямившись и смерив меня довольно придирчивым взглядом (осмысленность которого я так и не смогла распознать), она спросила голосом столь скрипучим, что впору озвучивать ту самую садовую калитку:
– Допустим. Допустим, это я и есть. Но тут куда интереснее не кто я, а кто вы, собственно. Что-то я не припомню визитеров ко мне последние…лет… да вообще никогда!
Вот почему ее не навещала моя мама, но стыдно при этом уж точно не маме, а мне сейчас? За все мое семейство стыдно!
– Мое имя Сильвира, – я очень старалась говорить предельно вежливо. И при этом все же не глазеть лишний раз на тетю, вдруг ей это неприятно. – И, клянусь вам блаженной Хивинной, до сего дня я понятия не имела, что вы вообще существуете!
Что-то я начала не с того…
Но тетушка лишь цокнула языком и снова внимательно осмотрела меня с головы до ног. На миг у нее даже глаза блеснули, словно бы озарило некое понимание.
Только на всякий случай я все равно тут же пояснила:
– И я ваша родная племянница, – вышло шепотом. Потому что стыдно. Потому что страшно. Мало ли, как она на это отреагирует!
Но тетушка лишь невнятно гыгкнула, будто бы оценивая некую только ей понятную иронию судьбы.
– Дай-ка дальше сама угадаю, – прозвучало с откровенной издевкой, но будто бы не в мой адрес предназначавшейся. – Раз ты не похожа ни на мою малохольную сестрицу, ни на ее мерзкого муженька, твоя внешность изменилась. А уж то, что ты якобы узнала обо мне лишь сегодня, сразу говорит о том, что именно сегодня тебя постигло проклятье нашего рода. Так ведь? И лишь тогда Афара проявила чудеса своей избирательной памяти и вспомнила о существовании родной сестры.
И что тут возразишь?
Я со вздохом кивнула:
– Боюсь, вы правы от и до. Но, поверьте, мне искренне жаль, что я не знала о вас раньше, и…
– А если бы и знала, то что? – с вызовом перебила она. – Пришла бы посочувствовать? Подивиться? Поахать, мол, как жизнь бывает к кому-то несправедлива? Уж поверь, милая моя, я давно потеряла интерес к чьему-либо сочувствию. Чего и тебе советую. Явно понадобится.
И будто бы сразу же забыв о моем существовании, она принялась одними губами шептаться с розовым кустом. Но хотя бы то, что сам розовый куст ей ничего не отвечал, давало мне надежду, что мое личное сумасшествие пока не настало.
– Простите, я понимаю, что эта тема вам неприятна…
Но она снова меня перебила:
– Какая именно? Родной сестры? Или этого проклятья? О, даже не сомневайся, – хрипло расхохоталась, – о проклятье я готова говорить куда охотнее, чем о сестре! Но тебе-то что толку с того? Вот, посмотри! – она развела руками и даже крутанулась вокруг своей оси, мол, оцени меня со всех сторон. – Я – наглядный пример, что ничегошеньки ты с этим не сделаешь! Такова судьба, милая моя. Это вчера ты была редкой красавицей, в чем ни капли не сомневаюсь. А сегодня все, это в прошлом. И то тебе еще повезло. Ты выглядишь не то, чтобы уродиной, просто никакой. Невзрачной, непримечательной. Со мной-то сразу куда хуже дело обстояло. Только гарантирую, у тебя это еще все впереди.
– То есть?.. – у меня аж ком ужаса в горле встал. – То есть еще хуже будет?..
– А ты на что рассчитывала? – Ламона снова скрипуче хохотнула. – Что ты примчишься ко мне, получишь от меня родственный совет, как все исправить и запросто в итоге от проклятья отделаешься, возвращая все на круги своя?
Вообще-то да. На это я и рассчитывала. По наивной глупости, очевидно.
Но тетушка и не ждала моего ответа.
Резкий смех сменился вдруг откровенной усталостью в голосе:
– Если бы это было так, сама бы я тут ни торчала, ожидая неминуемой старости. Но, прости, что разочарую, но внезапного исцеления не случится. Нет его, и все тут! – в сердцах махнула рукой так резко, что лопатка, о которой тетя явно успела забыть, вылетела из пальцев и скрылась в недрах по-прежнему молчащего розового куста.
– Но мама говорила, что вы о проклятье многое знаете. Наверняка какое-то средство от него есть, – все же не собиралась сдаваться я. – Просто вдруг именно вам…не повезло его найти.
Честно, я бы не удивилась, начни она топать ногами и орать на меня. Явно же тема для нее больная. Да и неудивительно! Но нет. И без того худые плечи Ламоны поникли, она тяжело вздохнула, будто на нее давил некий непомерный груз.
Ответила не сразу. Пересекла гравийную дорожку, громко шаркая ногами, и села на каменную лавочку, столь низкую, словно бы та пыталась врасти в землю.
– Что вообще ты…как тебя там?
– Сильвира.
– Что вообще ты, Сильвира, знаешь об этом проклятье?
Опасаясь, что меня в любой момент прогонят, я все же села на другой край каменной скамьи.
– Не много. Матушка лишь сказала, что оно передается в нашей семье по женской линии и настигает еще в юном возрасте. Причем, как я понимаю, только одну из дочерей. К примеру, моя сестра Ристелла никак не пострадала.
И почему не отпускает унылая мысль, что сестра бы точно так же радостно забыла о моем существовании, как и наша мама о существовании Ламоны в свое время?..
– Мне повезло чуть больше, чем тебе, – тетушка хмыкнула. – Моя мать знала о проклятии куда подробнее. Видишь ли, тут довольно давняя история. Кто-то из наших прапра…даже не знаю какой давности…прабабок, причем дивной красоты, умудрился насолить одной могущественной черной ведьме. А конкретно увести жениха у ее дочери. В итоге дочь та с горя бросилась со скалы, а ведьма прокляла весь наш род. Что любое проявление красоты каждый раз будет оборачиваться ужасающими последствиями. И потому-то, если в семье рождается девочка, то не приведи высшие силы быть ей красавицей! При достижении восемнадцати лет проклятье проявит себя, отберет всю красоту, и дав лишь очень краткий срок, чтобы попытаться все исправить…
– То есть исправить все-таки можно?! – я даже подскочила при этих словах.
Но судя по неодобрительному взгляду Ламоны, она мою веру в лучшее не разделяла.
– В этом вся ирония, Сильвира. Есть способ снять проклятье. Причем не только с себя, но и вообще со всего своего рода, чтобы оно дальше у потомков не проявлялось. Да только способ этот весьма ироничен. Все же у той ведьмы было своеобразное представление о справедливости. Ну или больное чувство юмора, что уж вероятнее… Наша прапрабабка была юна и до умопомрачения красива и лишь благодаря этому и смогла увести того жениха, влюбить его в себя. О том и проклятье гласит. Что исчезнет оно лишь тогда, когда проклятую искренне всей душой кто-то полюбит и возьмет в жены. А это, сама понимаешь, невозможно.
– Почему же? – нет, и вправду не понимаю.
– Да потому, что кому ты такая неприглядная нужна! – Ламона даже голос повысила. – Неужто это не очевидно?! – на миг замолчав, она снова фыркнула: – Хотя насколько я знаю свою сестрицу, она бы точно воспитание детей заниматься не стала бы. Так что ты наверняка всю сознательную жизнь провела в стенах какого-нибудь закрытого пансиона и потому не имеешь ни малейшего правдивого представления о реальности… Так вот, наивная ты наша, ни один мужчина не влюбится в твою, быть может, распрекрасную душу и богатый внутренний мир. Ни один!
– А вы пытались? – вот просто не удержалась я от этого вопроса, хотя сама понимала всю его бестактность.
Она издала звук, похожий то ли на странный смешок, то ли на короткий сдавленный стон.
– Пыталась ли я?.. – сколько горечи сквозило в голосе! – Да на тот момент, как меня постигло проклятье, я вообще была помолвлена! Причем, и сама влюблена неизмеримо, и избранник мой мне клялся в самых пылких чувствах.
– И что же, – у меня даже голос дрогнул. Все-таки внешность моей тети говорила сама за себя о неприятном окончании этой истории, – это все равно не помогло?..
– Увы, вся его любовь мигом прошла. Я в итоге оказалась в монастыре, куда меня сослали собственные родители, чтобы я своим уродством семью не позорила. А мой жених… Он, недолго думая, женился на моей сестре.
Хорошо, что я все-таки сидела… Нет, я и раньше знала, что мой отец – человек далеко не идеальный. Но, выходит, именно он – тот подлый бывший жених моей тети?!
– Поверьте, я не знала, – прошептала я сбивчиво, – и мне и вправду искренне жаль…
Бесплатно
Установите приложение, чтобы читать эту книгу бесплатно
На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Жених напрокат», автора Екатерины Флат. Данная книга имеет возрастное ограничение 16+, относится к жанрам: «Юмористическое фэнтези», «Любовное фэнтези». Произведение затрагивает такие темы, как «сила любви», «самиздат». Книга «Жених напрокат» была написана в 2025 и издана в 2025 году. Приятного чтения!
О проекте
О подписке