Читать книгу «Всё зло земное» онлайн полностью📖 — Дарины Александровны Стрельченко — MyBook.
cover

Дарина Стрельченко
Всё зло земное

© ООО Издательство «Питер», 2024

© Серия «Питер. Fantasy», 2024

© ООО Издательство «Питер», 2024

Глава 1. Край-болото

Царица уронила путеводную нить.

Пахло можжевельником, сосной, ясноткой[1]. Сгущались тени. Царица бежала по мокрой тропе, кривые ветки царапали щёки. На дворе стояла ранняя яблочная осень, но чем ближе было к Край-Болоту, тем холодней делался воздух, стыл, и тропа отзывалась ледяным звоном.

Высоко в кронах роились шорох и свист. Царица вскинула голову. Застыла, прислушиваясь. Всю дорогу от дворца заметала следы; ни зверь, ни птица не должны были её заметить. Но здесь, у Край-Болота, не только звери водились, не только птицы.

Тряхнуло ветви. В этот раз царица разглядела: вспорхнула пичуга, понеслась к ясному тёплому солнцу высоко над лесом. У корней же, между стволами, змеилась тьма. Царица постояла, прижав руку к груди, глубоко вдыхая можжевеловый дух. Тянулись уже тонкими жилами болотные запахи: гниль, багульник, сосновая смола. А впереди, там, где тропа заворачивала к берегу, мигали, маня, огни…

Немного. Совсем немного осталось.

Царица наклонилась, подхватила упавшую нить. Путеводная паутина мерцала серебром, вилась впереди – тонкая, но и сам владыка не оборвёт. Намотала на палец и пошла, побежала дальше, отталкиваясь от шершавых стволов. Ладони кровили, ноги сбила, но чувствовала: совсем, совсем близко Край-Болото. Тенью пахло. Пеплом, углями, берестой, свечами белыми. А к тому же – палыми листьями, поздней ясколкой[2], шалфеем.

Царица закрыла глаза. Шагнула за поворот. Нежно, едва уловимо повеяло дождём, мокрым камнем. Открыв глаза, увидела она Край-Болото. Всюду посветлело: вышли из лесу молодые берёзы, спустились к самой кромке – молчаливые, как невесты. По тине стелилась дымка, над водой стоял лебединый клик. Холодно и весело стало на душе. Путеводная нить выскользнула из рук и опустилась в болото, под цветы одолень-травы́. Царица нагнулась, вглядываясь в оконца ряски. В первый миг ничего не увидела, и во второй ничего. А в третий сердце подпрыгнуло, заметалось в груди. Спёрло дыхание; пёстрые пятна поплыли перед глазами. Царица опустилась на колени у болотной кромки, склонилась к самой воде. Там, в лазоревой мгле, в лаловой[3] глубине вилась узкая тропка меж осин. По правую руку шло знакомое всхолмье, по левую вставали околицы Звериной земли, батюшкин кривой сад. Царица, забывшись, потянулась вперёд… Пальцы обожгло ледяной водой, гладь зарябила, исчезли и тропа, и угорья.

Царица, сжав зубы, опустила руку по локоть, но нащупала только скользкий ил. Корни обвили запястье, потянули вниз, впиваясь, царапая. Царица, охнув, отпрянула. Онемели пальцы – кто знает, когда отойдут.

Заломило запястье, холод дошёл до локтя – будто змея ужалила. Придерживая заледеневшую руку, царица снова вгляделась в воду. Болото успокоилось, разошлась ряска. Лучше прежнего стали видны узкие стёжки Те́ни. Потянуло туда с такой силой, что взвыть захотелось. Домой. Домой! Только как? Подскажи, владыка!

Царица сцепила пальцы, опустила голову. Венец давил, так и норовили выскользнуть косы.

Домой.

Блеснула в глубине путеводная паутина. Показалось или зовёт кто?

Царица распахнула глаза.

Близко-близко была вода. Ворчали колпицы[4].

Домой!

Далеко, глухо разносилось ворчание над болотом.

Царица склонилась ещё ниже. В нос ударил запах тины, влажной лягушачьей кожи. Ледяная вода коснулась лба. Царица зажмурилась, набрала воздуха и опустила лицо в болото.

Словно иглы вонзились в кожу – те, серебряные, которыми тени прорехи штопали. В носу закололо, от темени до пят прошило ледяным сабельным ударом, потянуло вниз. Царица беззвучно закричала: не было под тиной ни троп, ни башен. Только подводные корни, болотные норы, листья, осока, цепкие стебли – потянулись к лицу, захлестнули шею. Царица ощупью искала на берегу, за что ухватиться: хоть за корягу, хоть за камень… Пальцы скребли сырую землю, впивались в неё, а кувшинки манили вниз, слышались издали болотные колыбельные.

 
В тину, в тишину сердце утяну…
Позабудь печаль, незачем кричать…
 

Воздух кончался. Свет мерк. Пригрезился в старой осиновке[5]мальчик-лодочник.

 
Спи и забывай… Горести забудь,
Закрывай глаза. Тёмен будет путь.
 

Бледный жёлтый цветок качнулся перед взором, вспыхнула красным ягода.

 
В темноте легко: морок[6] и покой,
Шёпот, бирюза… Закрывай глаза.
 

Осеннее солнце послало под воду луч. Царица отчаянно дёрнулась и вырвалась из плена. Вдохнула, зарыдала, захлёбываясь от ужаса. Только тут вспомнила: Драгоми́р! Ратибо́р! Пускай ничего не вышло, зато снова увидит их… И Милоне́га… Потеплело на сердце.

Квакая, отплыла сонная лягушка. Царица проводила её мутным взглядом: большая-то какая. И вокруг – сияние, совсем как в Тени ветер колышется…

– Эй, – окликнула царица, сглотнув горечь. – Эй… Лягушка!

Лягушка уселась на кувшинке, опустила веки. Царица собралась с силами, потянулась к ней взглядом, мыслью:

– Ты… из Тени?

Лягушка не шелохнулась. Не услышала будто даже. А царица, как ни пыталась, не могла ни дозваться, ни дотянуться. Словно скорлупа наросла вокруг лягушачьего тела – невидимая, колдовская, такая знакомая… знакомая… Царица ахнула, узнав. Кощеево колдовство, тёмное грубое кружево. Оно! Владыка руку приложил, он лягушку заколдовал, чтоб не дозваться было.

– Лягушка! Помоги! Ты же из Тени, ты Кощея знаешь. Помоги мне домой вернуться!

Лягушка тяжело соскользнула в воду – без брызг, без кваканья.

– Лягушка… – прошептала царица, уронила руки. – Помоги! Горячо мне здесь, больно, тяжко… Батюшка у меня там…

Миг спустя распрямилась, собрала всю силу, какая осталась, подозвала ближе тёмные воды, нагнала ряби, сгрудила тину, потянулась к лягушке, затихшей под ряской. Теперь, когда не пыталась царица нырнуть, болото слушалось, легко подчинялось. Но колдовство на лягушке лежало крепкое, не по царицыному уменью. Она б с таким и в Тени не справилась, не то что здесь. Не услышит её лягушка и не расскажет, как сюда попала, тут ли дорога домой. Колдовство на ней Кощеево, на живом и мёртвом замешанное, на острие, на самой тропочке пограничной. Значит, и разрубить его под силу одному только Кощею да тому, кто и в жизни, и в смерти побывал. Куда уж ей, унесённой из Тени, чужой в Соло́ни…

Но лягушка, лягушка эта – неспроста до неё не дозваться, неспроста она на Край-Болоте сидит – в месте, где в чёрных сказках дорога в Тень открывается. Нужно дознаться. Отыскать способ! Перемолвиться с лягушкой, проведать… А пока, выходит, нет тут пути. Назад надо.

Пошатываясь, царица поднялась на ноги. Ухватилась за ветку, рукавом вытерла лицо. Тяжело, сладко дышалось болотным маревом. Колыбельная ещё звучала в ушах – глухо, на сто голосов. Давняя, знакомая – её и сыновьям пела, пока малы были.

Цепляясь за стволы, побрела царица прочь. Край-Болото только притворяется светлым-ласковым. Силы до того выпивает, что ноги еле переставляешь – ровно как в той сказке говорилось. Силы тянет, в сон клонит… Точно так всё. Но не испугалась ведь, пошла, отыскала. И всё, всё напрасно, если только не разгадать, как до лягушки добраться!

Миновала лес, миновала погост. Темнел по левую руку свежий холм, под которым спали семеро девок – угорели разом в одной бане. По правую руку двадцать холмов темнело: ратники с раха́зских полей на щитах вернулись.

Скользнула в ворота, глянула на дозорных с копьями на забрале[7]. Заперла за собой тяжёлые створы, побрела тихими улочками Крапи́вы-Гра́да, на ходу убирая сторожевые струны, распутывая охранные узелки. Добралась до дворца. Шагнула через порог покоев, провела ладонью по лицу, махнула рукой. Оттаяло и пошло время; никто не заметил её отлучки.

Скинула отяжелевшую телогрею[8], красную рубашку[9], пояс и опястья[10]. Осталась в льняной рубахе до пят, опустилась в кресло – заморское, с ажурным узором, точёными, золочёными ножками – подарок Милонега к венчанью. Уж сколько лет прошло, а кресло будто вчера сработано.

Закрыла глаза. Болотные вихри закружились, сдавило грудь.

Глубоко вдохнула. Страшно. Страшно. Снова не той дорогой пройти хотела. Не так просто в Тень попасть, давным-давно сама убедилась и всё равно поддалась, едва не утопла. Не зря это место Край-Болотом зовут, не зря стороной обходят и звери, и птицы. Даже берёзы там – и те не такие, даже лебеди – и те больше на Тенных птиц походят, невесомые, ясно-тонкие.

Там ключ. Там путь. Но где взять ключ этот? Какой им замок отомкнуть? Где бы хоть кусочек достать колдовства Тени, чтоб отозвалась, впустила? Где?.. Подай знак!

Царица сдавила виски. Искать. Искать дальше. Из Семигра́дья гонцы вот-вот вернутся, нужно порасспросить. Из Траворе́чья на той седмице[11] привезли свитки – изучить надо, не откладывая. А в Медвежий угол, говорят, калики[12] перехожие вернулись – надо и к ним наведаться. Жаль, в Рахазье книжницу[13] ханскую сожгли войска Милоне́говы. Как знать, может, что-то бы там сыскала…

Постучали в дверь. Царица тяжело подняла голову.

– Войди.

Заглянула чернавка[14], молодая совсем, едва в юбку вскочила.

– Царь-батюшка спрашивает, не изволишь ли с ним отобедать.

– Скажи, изволю.

Чернавка поклонилась, испуганно поглядела, как царица смотрит будто сквозь. Та и впрямь смотрела в расписную стену, а виделись осиновый лес, заячья могилка, поставец[15] у крыльца, где свечи сушила… Княженичные Тенные болота виделись, нежные дожди.

Чернавка робко окликнула:

– Царь-батюшка спрашивает, не изволишь ли за обедом о важном деле побеседовать.

– Изволю, – проронила царица, откидываясь на подушки. – А ты, милая, изволь шубку[16] мне принести.

– Принесу, матушка, – кивнула чернавка.

Затворилась дверь. Царица забылась на мгновенье. Послышался пересвист сизой горихвостки – точь-в-точь как в Тени. Но то был только ветер, только ветер в царском саду.

* * *

– Бледна ты нынче, Гне́вушка, – ласково произнёс Милонег. Привстал, протянул руку. – Нездоровится?

– Не бери в голову, сокол мой, – ответила царица, садясь слева. – А царевичи где?

– Позже явятся. – Царь опустился на лавку, и тотчас вошли слуги, внесли яства. – Я с тобой одной поговорить хотел.

– Расскажи, мой сокол, – кивнула Гне́ва. Улыбнулась вымученно, чувствуя, как тянет болото. До сих пор не рассеялась перед глазами ледяная хмарь. – Расскажи, что на сердце.

Царь опустил пареную репу в плошку со сметаной. Поводил, оставляя бледые[17] разводы. Бросил:

– Стрелы готовы.

Царица себя ничем не выдала; только дрогнуло сердце, пальцы свело на миг, и вспыхнуло: вот тебе знак. Вот тебе знак, Гнева!

– Стрелы? – тихо повторила, не сводя с Милонега глаз. – Те? Что в семи ручьях?..

...
9

На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Всё зло земное», автора Дарины Александровны Стрельченко. Данная книга имеет возрастное ограничение 16+, относится к жанрам: «Сказки», «Героическое фэнтези». Произведение затрагивает такие темы, как «сказочные миры», «магия и волшебство». Книга «Всё зло земное» была написана в 2024 и издана в 2025 году. Приятного чтения!