– Это – моя работа. Мне за нее платят.
– За меня тебе тоже заплатили?
– Да, – она перевела полный печали взгляд на него. – Но обучать тебя было для меня честью.
Гронидел запер дверь у нее перед носом и стал собираться в путь. В восемнадцать лет ему разбили сердце в первый и последний раз. Больше ни о какой любви и привязанности речи в его жизни не шло. Только утехи. Только игра. Только с теми, кто воспринимал это так же, как и он.