Я хочу прожить с тобой всю свою жизнь, хочу видеть наших детей, хочу счастье вместе с тобой, Сами. – Я опустила взгляд и почувствовала, как горят мои щеки, словно разогретые сковороды. Не отреагировав на мою реакцию, он продолжил: – Seni seviyorum*.
Но когда он взъерошил волосы и опустил голову, я наконец поняла. Он снова посмотрел на меня своим пронзительным взглядом, словно показывая, что видит только меня.
Не заценишь мой лук? – спросила я, ожидая от него ответа.
– Нет.
– Что? – спросила я, недоумевая от его холодного тона.
Будто он перестал вести себя как вежливый Ник и стал Николасом. Было неприятно, словно меня оскорбили. А еще ужаснее было понимать, что я ничего не могу сделать.
– Если я это и сделаю, то нарушу свое обещание.