Многие американские историки расценивают весь этот эпизод как чуть ли не самый опасный военный кризис в послевоенных отношениях между СССР и США, сравнимый с кубинскими событиями. Действительно, это был серьезный политический кризис, оставивший весьма неприятный след на наших отношениях, но угрозы какого-то прямого военного столкновения между нами не было. Так во всяком случае оценивали обстановку в Москве, которая не принимала со своей стороны каких-либо особых мер по повышению боеготовности советских вооруженных сил, тем более стратегических, в ответ на американские действия.