© Александр Агамальянц, 2015
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru
Любовь – явление Бога. Любящий видит Бога в глазах своей возлюбленной, слышит Его в ее голосе, чувствует всеми фибрами тела и души. Счастье любви не цель. Процесс – мистерия, ритуал, священнодейство, происходящее каждую секунду с нашим ли участием либо без него. Увлеченный камланьем, я растворяюсь в Боге, которого сам создал, и обретаю Бога, который создал меня. Становясь частью Бога, я сам становлюсь Богом, обретая жизнь вечную и силу творения. Я сам – свое Царство, которое будет во веки веков… Но без Тебя меня бы никогда не было.
Проклинай меня, ненавидь меня
От этого я стану только сильнее
Руби меня, рви на части
Это лишь преумножит твои страдания
Мое сердце – на алтаре богов ночи,
Смерти и холода, бесконечной зимы
Вместо него – бездна ревущего пламени
Того огня, что тушат кровью
Моя душа – ледяная пустыня
Освещенная светом одинокой звезды
Моя память – стершиеся следы
Расы богов, ушедшей на Север
Плоть к плоти, кость к кости
Раны затянутся летописью побед
Без жалости стерто с лица земли
Все, что стоит у меня на пути
Никчемный выродок безродной шлюхи
Твоя судьба – пресмыкаться в грязи
Мы же растопчем твой жалкий мир
Я и грозный вепрь на моем шлеме
И пресытившись бесконечной войной
Потеряв следы, сбившись с пути,
Сгинуть навек в ледяной пустыне —
Идти за своей одинокой звездой
Сумерки богов, низверженье кумиров
Крах лицемерных лживых пророков
Закат мирозданья пылает
Над опустошенными городами
Закат мирозданья пылает
Золотом на островерхих шлемах
Плач детей сплетается с волчьим воем
Хруст костей – с грохотом колесниц
Закат мирозданья пылает
Пожирая трухлявое древо креста,
Пожирая стада прокаженных,
Что всю жизнь провели на коленях
Смыкается с лязгом капкан клыков,
Гаснут оленьи глаза. Святоши
Навеки умолкнут. Ничтожные.
От чьих голосов веет падалью
Бог шестикрылых животных
Оставил свою паству на растерзание
Истукан. Безучастный. Безликий.
Бесполый творец – искаженье бытия.
Мы сами – боги! Могучие! Гордые!
Ярость в глазах, пепел в волосах
Знамена, взметнувшиеся к солнцу
Гордый марш сквозь огонь горизонта
Мне некуда было вернуться
Поэтому я шел вперед
Через кромешный ад
Гордо вскинув голову
Презрительно усмехаясь
Не останавливаясь ни на миг
Не оборачиваясь назад
Все дальше и дальше
Я упивался собственной болью
Я наслаждался всеобщим безумием
Я исступленно бился в экстазе,
Утопая в огненном море
Я был на пустых каменистых полях
Один из многих тысяч,
Что рвали друг друга на части
Что пожирали друг друга заживо
Я блуждал по чумным городам
Слушая плач умирающих детей
И дым горящих тел указывал дорогу
И я нашел ее. Дошел. Не сбился.
Забвение разверзлось предо мной.
Свершилось. Я обрел покой.
Моя душа пуста. Как небеса.
Моя душа мертва.
Ничего не осталось. Лишь пепелище,
Занесенное снегом. Дверь в никуда.
Я забыл свое имя. Тысячи лет назад.
Занесенные снегом следы из ниоткуда.
Моя жизнь – мерцанье далекой звезды,
Острие копья, воздетого к небу,
Отзвуки эха в холодных пещерах,
Мечты? Ночные кошмары?
Рваные раны. Кровоточащие.
Что никогда не затянутся.
Поцелуи наотмашь. Сталью?
Или я сам рвал себя на куски?
Теперь уже безразлично. Все.
Ничего не осталось. Только
Слепая. Кристально чистая. Ненависть.
Мой щит. Несокрушимый.
Они приближаются. Орды жалких рабов.
Я убью их. Всех. До единого.
Не для удовольствия. Не ради мести
Они просто стоят у меня на пути.
И пустота. До краев заполнена
Стонами. Кровью. Отчаяньем.
И в тишине. Крик победителя.
Ночь. И гора истерзанных тел.
Мы идем в бесконечность и гораздо дальше
Иногда мы рядом друг с другом
Иногда подаешь руку, опираешься на плечо
Иногда проклинаешь
Сейчас же, я остаюсь в ночном лесу
Чтоб танцевать на углях с огнем в руках
А ты скользишь по пыльным улицам
Обжигая серые лица ледяным взглядом
И до скончания времен я буду терзать себя,
Думая, что предал тебя, бросил одну
А ты вздохнешь с облегченьем,
Даря грустную улыбку новому дню
Я – голод, я – жажда,
Я – чернейшая ненависть.
Я – багряные слезы войны
На обгоревших лицах героев.
Я – злорадный оскал
Кровоточащей рваной раны
Я – вспышка боли
Расколовшая зеркало души
…зеркало души
Отрекшийся от себя,
Перешагнувший через жизнь,
Трепещущий в экстазе
Победоносной гибели
Я – древо победы,
Взращенное на костях многих тысяч
Я – крик вороньей стаи,
Кружащей над окоченевшими трупами
Я – глаза умирающих,
Полные бессильной злобы
Я – триумф полководца
Попирающего обреченность бытия
…обреченность бытия
Отрекшийся от себя,
Перешагнувший через жизнь,
Трепещущий в экстазе
Победоносной гибели
Отрекшийся от себя,
Перешагнувший через жизнь,
Трепещущий в экстазе
Победоносной гибели
Кроваво-красное ржавое крошево
Держит рука, когда-то могучая
Ныне же – кость почерневшая, мертвая
Славный герой легендарного прошлого
Златой диадемой чело увенчано
И пустота вместо взора орлиного
На вечность осужденный и на забвение
Не побежденный никем, кроме времени
Всеми забыто, потеряно, брошено
Ржавчиной съедено наше оружие
То, что когда-то славой овеяно
Немеркнущей славой, тогда мы надеялись
…тогда мы надеялись
Уста, что страшнее оскала звериного
Гордой усмешкой когда-то изломаны
Сердце истлевшее, будто доспехами,
Клятвою верности накрепко сковано
Но не мертво скорбное то изваяние —
Все еще теплится черная ненависть
Дух беспокойный, от света отрекшийся
Ждет приказаний, застыв в исступлении
Всеми забыто, потеряно, брошено
Ржавчиной съедено наше оружие
То, что когда-то славой овеяно
Немеркнущей славой, тогда мы надеялись
…тогда мы надеялись
Цари пьют вино из золотых чаш,
Святые пьют воду из сточных канав,
Я же, подобно дикому зверю,
Пью липкую кровь из рубленых ран
Один на один с войском рабов,
Упиваясь агонией, пьянея от криков,
Разрубая кости, проламывая черепа,
Несу им Вечность – долгожданную волю
Цари отправляют толпу на бойню
Толпа забивает святых камнями,
Я же, подобно загнанному зверю,
Смеюсь во все горло, бросаясь в пламя
Один на один с войском рабов —
Испытываю себя на прочность.
Вспышки боли, затмевающие свет солнца
Напоминают, что я еще жив,
Напоминают, что я не могу умереть.
Нет оружия, способного сразить меня.
Не из железа сделан доспех мой —
Из замерзшей крови бессмертных героев
И тысячу лет я лежу
В самом сердце замерзшей пустыни
Чтобы только на миг
Увидеть пламя твоих глаз
И тысячу лет я иду
По кровавой грязи полей сражений
Чтобы только на миг
Преклонить колени перед тобой
И тысячу лет я пребываю
В скорбной тьме забвения
Чтобы только на миг
Увидеть улыбку на твоих устах
И тысячу лет мое тело
Терзают когти зверей и клювы птиц
Чтобы только на миг
Твоя длань легла на мое плечо
И если это всего лишь сон
Пусть он длится вечно
Как вечен полет раненой птицы
К самой дальней из звезд
Чтобы только на миг
Ты вспомнила обо мне
Через тысячу лет!
В небесах, в тишине, в пустоте, в вышине
Застыли в молитвах бессмысленным истинам.
По скорбным лицам, пустым глазницам
Ветер пеплом рисует – по чистым страницам
Памяти крошево меж пальцев сыплется.
Брошенной в пыль умирающей птицей,
Бьется о землю звонко и радостно —
Звоном монет подаянья просящему.
Медь в гвозди, гвоздями крылья к земле
Намертво, накрепко, перепроверено
Чтобы стоять на коленях уверенно
Перед алтарем бессмысленных истин
Позови, позови за собой. В небеса. В пустоту.
В беспощадную ту красоту бесконечно далекую
Чтоб захотелось освободиться. Вырвать, что держит.
Крылья…
Смотри, как то море перед тобой
Изогнется, ярость тысячи тел неся,
И взорвется тебе в лицо
Черной пучиной, всепоглощающей.
Закрой глаза и окунись с головой!
Убивай! Убивай! Убивай!
Пусть воронье не сможет взлететь,
Набив мертвечиной утробы.
Докажи, что достоин их ненависти,
Что достоин страшнейших проклятий
Их обезумевших вдов
И ослепших от слез матерей
Что достоин черной отравы
В золотом вине победителя.
Пусть небо огненным ливнем
На головы обреченных низвергнется!
Нас не свалить. Не растоптать.
Знамена, изорванные и обожженные,
Лица, изрезанные остриями слез,
И крик в ветре: Да! Мы готовы!
Слушать рокот свирепого шторма,
Плыть против течения, резать волны!
Кормить воронье до отвала!
Убивать! Убивать! Убивать!
ВНОВЬ!!!
И вернуться с победой…
В чертоги забвения…
Домой…
Любящий, преданный, искренний
Слишком, слишком, слишком
Для их бога, для их рода, для их света
Оставил себе только тьму и ненависть
Умирать, оживать, проклинать и плясать
В метели. Птицей в небе
Резать свастики против хода звезд
Чумные колеса. Всесокрушающие.
Засыпать, забывать, вспоминать,
Чтобы вновь потерять
И вечно бродить скорбной тенью
По полям хрустальных цветов
Счастье, радость и надежду – им,
Тебе – встречать удары
Зло. Наотмашь. Края рваны.
В узел кожу, в шрамы раны
Шрамы. Память. Гордость. Глупость.
Окровавленные губы воздух рвут
Так привычно. Так обычно. Так красиво.
Вздох последний – ее имя.
Тьму и холод рек подземных
Не постигнешь, не старайся
Умирать не научили,
Не умеешь – не берись
По камням ползи колючим
Утопив в крови печали
В узел душу, в узел волю,
В узел кожу, в шрамы раны
По камням ползи колючим
За мечтой недостижимой. Огнекрылой.
Отдохни от войн. Героем ведь не станешь —
Умирать не научили.
На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Замёрзшие грёзы», автора Александра Агамальянца. Данная книга имеет возрастное ограничение 16+, относится к жанру «Cтихи и поэзия». Произведение затрагивает такие темы, как «современная русская поэзия», «современная поэзия». Книга «Замёрзшие грёзы» была написана в 2015 и издана в 2015 году. Приятного чтения!
О проекте
О подписке